Жена князя Луны

– На ножи арка тоже реагирует, – напомнила Арфель.

– Но не на те, которыми пользуются травники. Надо уходить. Дорогу я, кажется, запомнила. Черт, пустить тебя вперед и прикрывать спину или самой идти вперед, чтобы встретить опасность первой?!

– Я тоже могу вызвать щит, – с некоторым сомнением произнесла Арфель. – И на мне артефакты, помнишь?

– Тогда иди вперед.

Каэль, на мгновение опустив щит, создала целый рой магических светлячков. Еще одно короткое заклятье, и рой делится на две части. Одна летит вперед, вторая назад.

– Она не сможет притаиться в тени, – жестко произнесла Каэль. – Мои светлячки не позволят.

К выходу продвигались медленно, излишняя торопливость могла стоить жизни. Вот только в итоге они уперлись в каменную стену.

– Мы здесь проходили, я помню эту трещину, – дрогнувшим голосом произнесла Арфель. – Каблук чуть не застрял.

Госпожа Хемм согласно кивнула, она хорошо запомнила все повороты и была уверена, что нигде не ошиблась.

– Стоять на месте – не выход. Значит, волчица решила поохотиться в каменном лабиринте.

– Я не знаю, – леди Льефф-Энтан пожала плечами, – Отец-Ворон заинтересован в благе для Серого Дола, а не благе для кого-то одного.

– Значит, мертв, – кивнула Каэль. – Плохо.

Громкий скрежет заставил Арфель вскрикнуть и шарахнуться в сторону. Каэль же чудом успела деактивировать проклятье, едва не сорвавшееся с ее руки.

– Или умирает, – брякнула ошеломленная госпожа Хемм.

В открывшемся тайном ходе стоял жрец, над которым парил крупный осветительный шар.

– За мной, – хрипло выдохнул Отец-Ворон. – Времени мало.

На губах старика выступила кровь, и подруги, более не сомневаясь, шагнули к нему. Каэль, поднырнув под свободную руку старика, приняла на себя часть его веса. А леди Льефф-Энтан вытащила свое слабое обезболивающее и аккуратно споила его жрецу.

– Что здесь происходит? – нервно, на грани истерики спросила Арфель.

Старик, облизнув с губ остатки зелья, выдохнул:

– Подожди немного. У тотемного древа мне станет полегче.

Светлячки, исправно освещавшие путь, внезапно начали гаснуть. Один за другим. Им на смену пришло зеленовато-желтое свечение, исходящее от старика.

– Почти пришли. Прошу простить за этих нелепых, но милых созданий – я вынужден был их погасить. Тотемное древо не терпит чуждой магии.