Жена князя Луны

– Магия природы, магия жизни – ты могла бы воскрешать мертвых, – сухо произнес Саргрейв.

– Последнее прозвучало жутко, – поежилась Арфель.

– Не жутко, – отмахнулась Тиарис, – там с полсотни ограничений. Вернуть к жизни можно того, чей мозг не поврежден, и если с момента остановки сердца не прошло десяти минут. Не суть, ты никогда этого не сможешь, на тебе были печати, и пусть сейчас они разрушены – полную силу тебе не обрести никогда.

На это Арфель только пожала плечами: проблема обретения силы сейчас волновала ее меньше всего.

Когда твой отец не твой отец, а ты сама внезапно становишься частью тех, кого ненавидела… Ну хорошо, не ненавидела, но изрядно не любила – в общем, тут не до обретения силы.

– Возвращаясь к вопросу «зачем», – продолжил Князь Армер, – ты бы вошла в императорскую семью. Все хотят жить долго и без болезней, не бояться ядов и проклятий, да и с демонической отравой тебе было бы под силу справиться. Вопрос в том, какой бы была твоя жизнь."

"На плече Саргрейва появился ворон и оглушительно каркнул.

Седьмой князь хмыкнул и перебросил ворона на стол:

– Лунник даст нам чуть больше времени. А что касается того, как бы она жила, – хорошо бы жила. Вряд ли бы ты заметила свою золотую клетку. У тебя были бы сладости, игрушки и книги, роскошная одежда. И короткие прогулки в парке на женской половине императорского дворца. Понравилась бы тебе такая жизнь?

Арфель задумалась и прижала палец к губам. Без леса? Без ее травнических экспериментов? Без Каэль?

– Если бы я не знала иной жизни, – честно ответила леди Льефф-Энтан, – то почему она должна мне не нравиться?

Мягко рассмеявшись, Тиарис поманила к себе ворона Саргрейва и, взяв птицу на руки, спокойно сказала:

– Вы забываете о том, что без подпитки Леса жизнь такой целительницы очень коротка.

И довольно мучительна – от магической мигрени зелья не придумал еще никто. Так что я считаю, что твоя мать сделала все, чтобы ты жила спокойно и счастливо. Она выбрала Ондиниум за его близость к лесу и Серому Долу.

– И она лгала мне, – тихо сказала Арфель.

– Это было частью сделки, – уверенно произнес Армер. – По крови ты не имеешь отношения к императорскому роду, я уверен, что они желали услышать твою просьбу. Которая была бы удовлетворена. Правда, как они собирались снимать печати?

– Боль и стресс, – едва шевеля губами, выдавила Арфель, – боль и стресс.

Ей резко стало холодно, и она обхватила свои плечи руками. Леди Льефф-Энтан пыталась отстраниться от того, что ей говорили.