Жена князя Луны

 – Мама была…

– Нет, – Тиарис прервала ее, – мы не можем потратить невеликое время на пересказ того, что мы уже однажды прочитали в твоей памяти. Твоя мать никогда не хотела выходить за твоего отца, она была ша-раарти одного из жителей Серого Дола. Кто был ее то-соэлен, нам неизвестно, мы знаем лишь то, что знаешь ты.

– Но я не знаю того, что вы говорите, – сердито нахмурилась Арфель. – И подождите, но я – первая ша-раарти за последние пятьсот лет! Не то чтобы мне это льстило или как-то сильно радовало, но…

– Как приятно общаться с теми, кто не понимает, перед кем сидит, – все эмоции на лице, никакого страха, никакого трепета, – хмыкнул Саргрейв.

 – Информация хранится в твоей голове, юная Лунная Княгиня. От первого крика и до последнего вздоха. А что касается ша-раарти – а у людей все изобретения запатентованы? Или люди склонны скрывать друг от друга важные вещи?

Леди Льефф-Энтан вздохнула и устыдилась: у нее была целая тетрадь, в которой были записаны всякие полезные рецепты и наблюдения. Вот только патентовать она ничего не собиралась – что-то было опасно, что-то она хотела сохранить для личного пользования, а что-то… А что-то она бы и рада отдать людям, да только не было у нее возможности обратиться в комиссию по патентам.

– Если говорить о последнем вздохе, то я смею надеяться, что еще дышу, – откашлялась Арфель. – Но я поняла: вы смогли узнать не только то, что я знаю и помню сама, но и то, что происходило рядом со мной-младенцем. Тень Рогатой Короны настолько глубоко погрузилась в мою память?

Травница не хотела верить оборотням.

Она не хотела ничего слышать, но понимала, что только они могут выпустить ее из этого странного места. Или не выпустить… Но, если подумать, разве они могут оставить Серый Дол без Князя? Тем более что Илуор только приступил к своим обязанностям.

– Именно так, мы смогли увидеть то, что было в твоем детстве. Не все, но многое, – кивнула Тиарис. – Мы не знаем всех причин, мы не знаем, из какого рода твоя мать.

– Но зачем тогда весь этот спектакль? – с болью спросила Арфель.

 – Я люблю своего отца… То есть я… Я не понимаю.

«А еще я не хочу верить, что он хотел смерти моего ребенка», – подумала травница и коснулась лунного убийцы.

Первый Князь сочувственно вздохнул и пояснил:

– Здесь все просто: от союза оборотня и человека рождается либо мальчик-полукровка, либо очень сильная колдунья. Ты бы никогда не смогла лихо швыряться огненными шарами или призывать молнии с небес. Но целитель из тебя вышел бы превосходный.