Жена князя Луны

Мог ли кувшин быть изначально испорчен? Быть может, кто-то прокрался на кухню и смазал его ядом? Изнутри? Но яды, как правило, имеют запах, и Арийна должна была почуять…

Отбросив бесплодные размышления, леди Льефф-Энтан сосредоточилась на проверке. Но, как она и почувствовала изначально, травы были в порядке. И если смотреть с точки зрения травника, то эти травы были не просто «в порядке», они были роскошны: сочные, крепкие, полные сил.

Арфель оперлась рукой об очередной плоский камушек, перевела дух и устало выпрямилась.

Обернувшись, она посмотрела на Арийну и с сожалением произнесла:

– Травы нормальн…

Она не договорила – помешало ужасное жжение в правой ладони. Посмотрев на свою руку, Арфель с трудом удержалась от ругательств: перчатка расползалась на глазах. Как будто ее окунули в алхимическую кислоту!

– Твоя перчатка, – ахнула Каэль, – снимай скорей!

– Спокойно, – коротко произнесла Арфель. – Я чувствую работу артефактов, мне ничего не грозит. Жжется немного, но это сгорает яд.

Но я ничего не понимаю, все травы абсолютно нормальны.

– Ты могла ошибиться, – осторожно предположила госпожа Хемм. – Потому что я ясно вижу подпалины на твоей юбке – ты проползла по ядовитым растениям и даже не заметила этого.

Леди Льефф-Энтан опустила глаза на свою юбку, нахмурилась и тихо возразила:

– Я не наступала на травы. Это камни.

– Камни? – Илуор, стоявший у края поляны, подался вперед. – Но здесь нет камней, Арфель.

Внимательно посмотрев на Князя, Арфель перевела взгляд себе под ноги.

Камни были. У оборотня определенно не может быть плохого зрения, но и у нее тоже с глазами все в порядке. Возможно, что-то не так с камнями? Бросив на них несколько диагностирующих заклятий, Арфель помертвела от ужаса: плоские серые штуки не были камнями. Они были… Живыми?! И очень, очень мерзкими – настолько мерзкими, что это чувствовалось через обратную связь с заклятьем.

– Заберите меня отсюда, – пискнула травница, – немедленно!

Первым отреагировал Илуор – он в несколько шагов оказался рядом со своей ша-раарти и, подхватив ее на руки, вынес с поляны.

– Что случилось? – Он не торопился опускать ее на землю, и Арфель была этому рада.

– Они живые, – страшным шепотом сообщила травница, – камни живые.

– Да какие, мать твою, камни?! – заорала взбешенная Каэль и шагнула на поляну, чтобы через секунду смутиться. – Ой, прости. И правда камешки. Это чтобы не пришлось сено топтать? Хм, и правда живые.