Жена князя Луны

На демоническую отраву, хотя это был далеко не первый раз, когда нам попадается слабый целитель. Я был так ослеплен своим новым статусом, что даже не соизволил хоть немного подумать, прикрылся нуждами Серого Дола. Я виноват, бесконечно виноват перед тобой.

Травница медленно кивнула:

– Хорошо, что ты это понимаешь. Что нас ждет? Ты женишься, Сайрен говорит, что твоя жена будет изводить меня.

Илуор чуть переменил позу и кивнул:

– Будет.

Внутри леди Льефф-Энтан будто опрокинулся котел с взрыв-зельем, но она смогла сдержать и слезы, и проклятья.

– А что будешь делать ты?

– Защищать тебя и нашего ребенка, – уверенно ответил оборотень. – Я говорил тебе это еще в Ондиниуме: у тебя будет свой дом. Только твой. Кому ты позволишь войти – тот и войдет. Кому нет – тому нет. У меня был хороший план, Арфель, прекрасный план. Он бы тебе понравился. Но теперь ничего не выйдет.

– Почему не выйдет? – нахмурилась травница.

Оборотень потер ладонями лицо и тяжело вздохнул. Поднялся на ноги, подошел к маленькому низкому столику и жадно отпил прямо из стоявшего на нем кувшина.

– Прости, долгое нахождение во втором облике и удержание личины храна меня вымотало. Позволь, я начну с самого начала? Если ты не устала и не хочешь спать.

– Смеешься? Уснешь тут.

– Будешь? – Он подошел к постели и протянул ей кувшин.

Охнув от тяжести, Арфель, так же как и ее то-соэлен, сделала несколько глотков прямо из кувшина, не размениваясь на использование посуды. После чего Илуор отнес напиток на место и замер, не зная, куда деться.

– Ты можешь сесть на постель. В изножье, – тихо сказала травница.

Она не знала, как к нему относиться, но прекрасно понимала: в плане безопасности нет никакой разницы, где сидит то-соэлен. Если он решит причинить ей вред, то вряд ли его остановится расстояние в несколько шагов.

– Спасибо.

Усевшись, он поджал под себя ноги и некоторое время таращился в пространство, затем отмер и перевел взгляд на нее:

– Я был так заворожен тобой, что сразу не понял, чьей ты крови.

Арфель ахнула и прижала руки к груди. Значит, он знал, чья она дочь?!

– Я не могу сказать, насколько плотные у тебя связи с императорской семьей, и не знаю, знаешь ли ты о том, кто ты есть по рождению. Но общее родство чую. Его ощутят все, кто хоть раз был близок к императору.

– Знаю, – хрипло выдавила леди Льефф-Энтан. – В смысле, знаю, чья я дочь. Не императора.

Оборотень кивнул и продолжил:

– Я это понял лишь в доме Ричарда.