Жена из прошлого

Вот сейчас он говорит искренне, показывая истинные эмоции! Я пытаюсь закрыть дверь, но он не дает. Продолжает:

— Ты что думаешь, ты ему нужна? Да кому ты вообще нужна! — когда-то мне отчаянно хотелось доказать ему обратное, а сейчас все равно. Потому что я смотрю и понимаю, что это он никому не нужен. Поэтому и бесится. Доказывать ничего не хочу.

— Уходи! Я прямо сейчас ментов вызову! — ору я. Виктор не унимается, продолжает.

— У него таких как ты — вагон! Он устал, видимо, от шикарных задниц, на экзотику потянуло! Но скоро ему надоест такая серая мышь! Будет тоже жить с тобой, чтобы ты борщи варила, а сам трахать всех подряд! — я снова пытаюсь закрыть дверь, Виктор не дает.

От его слов становится больно. Знает, сука, куда бить. Озвучивает мой тайный страх.

Вдруг слышу со стороны лестницы.

— А ты по себе судишь? — вижу Егора. Лицо у него злое, брови нахмурены. — Съебись отсюда, пока я тебя не прибил!

— А, так ты собралась в нашу квартиру этого упыря привести? Жить с ним здесь, трахаться в нашей кровати, где мы с тобой…

Договорить он не успевает, потому что Егор резко бьет его в челюсть, потом хватает за шкирку и тащит к лестнице.

Виктор скулит, сыплет матами, пытается вырваться, но сделать ничего не может. Егор спускает его с лестницы, также как недавно этот козел спустил меня. Он считает ступеньки, причитает, я стараюсь не слушать.

— Еще раз появишься возле Вероники, сгниешь в тюряге! Если доживешь до неё! Понял? — выплевывает Егор. Потом разворачивается, идет ко мне. Заходит, закрывает дверь, обнимает меня.

Я прижимаюсь к его груди, чувствую, что меня начинает трясти.

— Все! Успокойся! Он тебя не обидел? — отстраняется и обеспокоено оглядывает меня. Я отрицательно мотаю головой. Он прижимает к себе снова. Зарывается носом в мои волосы.

— Спасибо тебе, — вздыхаю я, — что бы я делала без тебя, страшно подумать, — это правда. Если бы не Егор, никто не защитил бы меня, и ничего бы я Виктору не смогла сделать. Трепал бы он мне нервы, как хотел.

— А что это за запах? У тебя что-то горит?

— Чёрт! Картошка!

Бегу на кухню.

 Гадство! Все сгорело! Я с отчаяньем смотрю на то, что осталось от нашего ужина.

— Я люблю позажаристей! — говорит Егор.

— Я тоже. Только позажаристей — это не угли, которые тут остались. Черт! Я так старалась! Теперь ты будешь думать, что я всегда все палю!

— Не буду. Сейчас закажем пиццу. Пока повесим твою штору, как раз привезут. А еще у меня в машине есть бутылка вина. Сейчас принесу. Тебе явно нужно успокоительное.