Железная корона

— Мы можем только надеяться.

— Боги, хоть бы он выжил! — вырвалось у меня. — Как только он придет в себя, скажет, что магистр Линард не имеет к этому никакого отношения.

Император посмотрел на меня устало.

— Твоя вера в опекуна весьма трогательна. И мне она понятна. Несчастная сирота, которая впервые почувствовала, что кто-то о ней заботится… Но увы, доказательства его вины неопровержимы.

— Какие доказательства? — запинаясь, спросила я.

— Магический удар, который нанесли принцу прямо в сердце, был выполнен мастерски человеком, который хорошо разбирается в магии.

Определить, чья именно рука его нанесла, наши расследователи не смогли. Такое способен сделать только очень опытный маг. Однако, магия точно была темной, уж это не скроешь. Но рядом было немало отпечатков магии магистра Линарда. Смирись, дитя мое. Он воспользовался тобой, чтобы проникнуть в императорский дворец, находиться здесь и убить наследника.

— Нет, нет, это не так!

Я уже была готова сказать правду, но вовремя остановилась. Нельзя.

Принц в коме и не может подтвердить, что наши отношения далеки от любовных. А значит, известие о том, что тот вечер мы с магистром провели наедине, лишь разозлит императора. Что он может подумать? Только, что я вру.

— И что теперь будет?

— Лекари борются за жизнь принца. Не думаю, что тебе нужно оставаться во дворце. Возвращайся в Школу чернокнижников и жди новостей. Я не сомневаюсь, что ты не причастна к козням сира Линарда. И мы все будем молиться богам, чтобы принц выжил. Через три дня должен приехать заморский лекарь, он умеет лечить такие удары.

Надеюсь, что принц его дождется и нам удастся исправить то, что натворил твой опекун.

— Но магистр Линард не…

— Оставь, — в голове императора явно сквозило раздражение. Он был явно уверен в своей правоте и не желал слышать ничего другого. — Ступай, собирайся. Наши стражники проводят тебя до портала.

Вот значит как. Стражники. Значит, что бы ни говорил император, он все же подозревает и меня. Но я — невеста принца, который, возможно, выживет, и он не может бросить в темницу, как магистра Линарда.

— Конечно, Ваше величество. Благодарю вас, Ваше величество.

А что мне было еще сказать?

Глава 37

Школа изменилась. Сейчас, когда по парковым дорожкам не бродили студенты, а из окон не лился многоголосый гомон, она казалась еще более пустой и мрачной. А может быть, дело было в том, что из яркого летнего сада я попала в зимнюю стужу. Голые деревья и снег кругом смотрелись непривычно.