Жажда тебя

Любой ужас отступает, трусливо жмется в углу. Я верю Захару. Четко знаю: он всегда будет рядом. Защитит.

+++

Я прихожу в себя постепенно. Медленно выныриваю на поверхность. Сбрасываю сонные оковы. Не сразу осознаю, где нахожусь. Разум проясняется, выходит из густого морока.

- Где мы? – роняю чуть слышно, едва двигаю губами. – Что происходит?

Я открываю глаза и сталкиваюсь с горящим взглядом Захара. Парень держит меня в руках, заключает в объятия, склоняется и твердо выдает на ухо:

- Вывезу.

До нас доносится гулкий звук.

Захар сидит на каменном полу, придерживает меня за талию. Вокруг нас множество магистров. Все в масках, в мантиях. Кроме одного. Он ступает вперед и ухмыляется.

Шеров. Сомнений не возникает. Раньше я видела его рядом с Главным, тогда, при объявлении грядущих соревнований на Арене.

- Твоя спящая красавица очнулась, Захар.

Отовсюду слышатся смешки. Мороз разливается под кожей. Если бы не массивные ладони, властно удерживающие мое тело, я бы истошно заорала.

Вокруг царит полумрак. Я пытаюсь понять, где мы находимся, чтобы отвлечься от тревоги, взять эмоции под контроль, но это проклятое место ни на что не похоже.

Это не катакомбы под «Клеткой».

Что же?

- Теперь начнется самое интересное, - издевательски протягивает Шеров. – Твоя инициация. Готов к последнему испытанию, Громов?

Глава 20

Я запрокидываю голову назад, пытаюсь разглядеть потолок. Наталкиваюсь на густую черноту. Ощущение создается такое, будто мы очень глубоко под землей, брошены на дно каменного мешка, и я понимаю, что нечто подобное отлично сочетается с корпусами «Клетки».

Только воздух здесь свежий. Прохладный, но удивительно чистый. Нет никакого намека на затхлость или спертость.

Я озираюсь по сторонам. За спинами магистров виднеются полыхающие факелы. Пламя колышется, будто от порывов ветра.

И черт, да, я же реально ощущаю дуновение. Становится зябко. Даже горячие руки Захара перестают спасать от холода. Кожа вмиг становится гусиной. Вдоль спины пробегают колючие мурашки.

Мы на улице? Где именно? И почему вокруг высоченные стены? Поверхность каменной кладки выщербленная, изъеденная безжалостным временем.