Земля Сияющей Власти

И тут на счастье – пожалуй, впервые за все время! – влетел сержант Макнил и принес весть: средь бела дня русские из десантного батальона напали на пост возле городка команды ученых, избили пехотинца, отняли у него боеприпасы и отпустили, пригрозив расправиться со всеми американцами. И теперь командир диверсионно-разведывательного взвода принял решение наведаться в гости к русским и просил подполковника Дениза закрыть на это глаза, обязуясь отработать чисто. В тот же миг Джейсон понял, чего ему не хватает, чтобы избавиться от навязчивых чувств, возникших утром в зоне, – драки! Хорошей, лихой драки, когда под кулаком хрустят ребра и переносицы, когда вся энергия души и разума вкладывается в способность нанести удар противнику, самому при этом оставаясь недосягаемым и неуязвимым.

В офицерской школе морской пехоты рукопашные бои с полным контактом устраивались чуть ли не ежедневно, ходили взвод на взвод, и с самой первой потасовки Джейсон избрал себе за правило – заранее определить, выбрать противника и как бы ни сложилось – победить именно его. При этом всегда выбирал парня крупнее себя, чаще ниггера, чувствуя в нем атавизм природной диковатой силы и изворотливости. А черные ребята в школе считали его расистом. И вот однажды, высмотрев себе соперника, он понесся к нему сквозь дерущуюся толпу, неся кулак, как драгоценную ношу, насыщенную энергией, подобной шаровой молнии. Ниггер почувствовал это – услышал свой сигнал! – и попытался уйти, заслониться дерущимися фигурами, а потом руками. Еще не вступив в поединок, он умер, и удар Дениза лишь довершил дело. Схватка в тот же миг была остановлена. Когда медик подбежал к парню, тот уже вытянулся и раскис, оставшись лежать мертвой тряпкой.

От тюрьмы Джейсона тогда спасла медицинская экспертиза, установившая, что смерть наступила не от удара в лоб, а от разрыва сердечной стенки, проще говоря, от инфаркта.

Ниггеры пообещали отомстить ему, говорили, что жить Денизу осталось до первых учений в обстановке, приближенной к боевой, где использовались настоящие патроны и гранаты, однако никто из них так и не посмел за всю учебу тронуть его пальцем, хотя ситуаций для расправы было предостаточно. Возможно, потомки африканских племен, живших еще недавно среди дикой природы, и впрямь сохранили слух и зрение, о которых толковал ему врач Густав Кальт.