Защита

Мириам поправила блузку, без лишних слов промаршировала к своему столу и сквозь стиснутые зубы обратилась к суду:

– Ваша честь, в свете позиции мистера Флинна у меня не остается иного выбора, кроме как просить суд направить дело на пересмотр.

Грузно плюхнулась на стул, сложила руки на груди.

Бенни с меланхоличным видом восседал на свидетельской трибуне, барабаня пальцами по бортику. Артурас нагнулся на стуле, готовый в любой момент запустить руки в чемодан.

Наклонив ко мне телефон, Волчек продемонстрировал только что набитое текстовое сообщение: «Отпусти ее».

– Отправляй, – сказал я, вызывая Джимми на упрятанном под столом телефоне – поглядывал только вполглаза, не появится на экране значок соединения. Никто на меня не смотрел – все взоры были устремлены на судью.

Судья Пайк на миг прикрыла глаза и откинулась в кресле, – даже не подозревая о том, что от ее решения целиком и полностью зависит жизнь моей десятилетней дочери. Затем, тяжело вздохнув, произнесла:

– Не думаю, что у меня тоже есть какой-то иной выбор.

И тут же начала о чем-то перешептываться с Гарри.

Публика отозвалась громким гулом.

Волчек нажал на отправку.

Джимми тоже ответил на мой звонок.

– Джимми, он ее отпускает. Иди, забери ее.

– Уже иду…

– Джимми, погоди, пусть он увидит эсэмэску…"

"Нас внезапно рассоединили. Я немедленно ткнул на повтор звонка. Пайк была слишком поглощена разговором с Гарри, чтобы обращать внимание на мои действия.

Не успели еще присяжные заполнить свою ложу, как зал наполнился завыванием сирены.

Двери резко распахнулись, ударившись о стены, и в зал ворвался охранник, силясь перекричать ее оглушительный рев:

– Все на выход! Срочная эвакуация! Здание заминировано!

Едва он успел наклониться и откашляться, как его мгновенно смела толпа. Поднялся крик и визг, ряды для публики стремительно опустели.