Запретный роман

Эрекция подо мной стала будто каменной, жесткой.

Мужчина немного приподнял меня и обхватил пальцами крупный ствол, испещренный венами. Он жестко дернул по нему несколько раз, и из головки струей вырвалось жемчужно-белое семя, разбрызгиваясь по бедрам, низу моего живота, напряженной пульсирующей промежности.

Потом он притянул меня к себе, поцеловал в шею, втянув кожу, погладил по попе.

– Вот и славная девочка. Говорю же, полюбишься трахаться. Со мной ты все полюбишь…

Я не могла пошевелиться, а он легко поднялся вместе со мной, будто я ничего не весила, и понес обратно в спальню, доказывая, как сильно я полюблю секс.

* * *На следующее утро

Я изменила мужу. Отдала невинность другому.

Вернее, я не отдавала.

Ее присвоил.

И кто?

Дядя моего мужа…

Трындец просто!

Что за семейка? Бежать из нее, пока не поздно.

Поскорее бы понедельник, канючила я утром, моясь в душе. Подать на развод и… все.

Поеду обратно в Павловск, городок небольшой, все друг друга знают.

Работы особой нет, если только устроиться куда-нибудь за три копейки.

Плюс надо решить вопрос с жильем. Мать, отчим, его сын от первого брака и двое общих детишек ютятся в однушке. И я, хоть места много не занимаю и ем совсем немного, там точно не самая желанная гостья…

Что ж, остается так называемая таджичка – общага, в которой живут, в основном, выходцы из средней Азии… Буду делить комнату с какой-нибудь Перизат, научусь готовить плов… Потом выйду замуж второй раз, буду выбирать внимательнее.

Вот и жизненный план почти готов.

Осталось только одеться, потихоньку уйти, пока озабоченный бугай спит, купить трусы и дождаться понедельника.

Все утверждают, что начинать новую жизнь в понедельник – плохая идея. Но я собиралась развеять этот миф. Мыслила нарочно позитивно, будто в пику тому пиздецу, которым обернулась моя жизнь вчера.

Просушила волосы, обернулась большим полотенцем и вдруг… замерла.

Услышала в отдалении голос Тамира.

О МОЙ БОГ!

Он что, пришел сюда?!

Глава 7

До чего же быстро неверный мажор смекнул, где меня искать.

А я… Голая.

Моя одежда в спальне. Я в одном полотенце…

Не придумав ничего лучше, чем взять в руки большой фен, я осторожно выглянула в коридор.

Злой голос Тамира гремел в квартире, но его обуви не было видно.

Даже не разулся, наверное. Никакого уважения к чужому труду.