Запрещенные слова. Том первый

Он всегда так смотрел на меня, но сегодня выносить этот взгляд особенно трудно.

Костюм жениха — черный, модный, — сидит на нем безупречно, галстук слегка ослаблен, а на запястье поблескивают часы, которые я ему подарила. Тогда, когда все еще было иначе.

— Великолепно. Ты счастлив? — мой голос звучит ровно, без намека на дрожь.

— Очень, — он чуть склоняет голову набок, изучая меня чуть пристальнее. — Юля уже успела сосватать тебя за Игоря. Ты в курсе?

Игорь? Мне нужна секунда, чтобы сообразить, о каком Игоре речь. Саша приходит на помощь — кладет руку мне на плечо, разворачивает немного влево, фокусируя мое внимание на симпатичном темноволосом парне.

— Кстати, не помню его среди твоих друзей, — потому что правда не помню.

Ладонь Саши жжет кожу даже через одежду. А еще мне кажется, что пока его пальцы лежат на моем плече — на нас пялится вся Юлькина родня. И не важно, что это она стала женой моего любимого мужчины, важно — что сейчас ее муж дотрагивается до своей бывшей у всех на виду.

Мягко веду плечом и ладонь Саши медленно сползает вниз.

Мы смотрим друг на друга. Он сжимает и разжимает пальцы. Улыбается с оттенком грусти.

— Вообще-то, мы с Игорем вместе летаем. Два года уже.

Я знаю, на что он намекает. На весь наш последний год, когда я слишком много работала, а он — слишком долго летал. Но ковырять сейчас эту рану — слишком энергозатратная задача, даже для бесконечного ядерного реактора моего самообладания. Поэтому, я делаю вид, что все эти глубинные смысли не для меня и просто смеюсь.

— Где я — а где замуж. У меня на эту жизнь другие планы.

— Ах да, работа, — кивает он. Делано задумывается. — Снова работа. И, вроде бы, еще работа? Ничего не забыл?

Я пью ставшее горьким шампанское и киваю.

— Ты всегда говорила, что у тебя слишком много амбиций.

— И я не врала, — пожимаю плечами. Саша говорил то же самое, а потом оказалось, что я говорила правду, а он — просто говорил.

«Мне была нужна женщина, всегда была нужна женщина», — сказал Саша в тот день, когда я вернулась после очередной рабочей субботы и он решил во всем сознаться.

Саша молчит секунду, затем негромко говорит:

— Ты выглядишь… слишком хорошо, Пчелка.

Я поднимаю на него взгляд. В глазах Саши все то же мягкое внимание, чуть больше, чем просто дружеское. Он смотрит на меня с этим его вечным терпением, будто ждет, что я признаюсь. Но я не признаюсь."

"— Оставь, Саша, — бормочу я. — Не надо вести себя со мной так… деликатно.