Запоздалая свадьба

— Мне действительно не нравится эта женщина, — громко сказала Лавиния в пустоту комнаты.

Глава 5

Этаж, где располагались помещения для слуг, кипел теми же эмоциями, что обуревали господ на нижних этажах. Смятение, любопытство, недоумение…

Небольшие группы разбуженных людей собирались в узком коридоре с низкими потолками, тихо беседуя о случившемся. Но при виде Лавинии и Тобиаса все разговоры мигом оборвались. Все оборачивались, чтобы посмотреть на вторгшихся снизу незваных гостей.

Тобиас устремил взор на ближайшую к нему особу, молодую горничную в ночной сорочке.

— Где здесь лестница, что ведет на крышу? — резко спросил он. Девушка ахнула и застыла, как застигнутый волком кролик. В широко раскрытых, устремленных на Тобиаса глазах плескался ужас. Она несколько раз пыталась ответить, но с губ срывались несвязные звуки.

— Крыша, девушка, — строго повторил Тобиас, и в его голосе прозвучало обещание грядущих кар. — Где чертова лестница.

Собеседницы девушки поспешно ретировались, оставив ее наедине с Тобиасом.

— П-п-пожалуйста, сэр…

Девушка снова осеклась, стоило Тобиасу подойти ближе. Бедняжка, казалось, вот-вот ударится в слезы.

Лавиния вздохнула. Наверное, теперь самое время вмешаться.

— Довольно, сэр, — повелительно бросила она, вставая между Тобиасом и трясущейся горничной. — Вы пугаете ее. Позвольте мне самой все узнать.

Тобиас выпрямился, явно недовольный тем, что добычу вырвали, можно сказать, прямо из его когтей. Он так и не оторвал ледяного взгляда от трепещущей девушки.

— Так и быть, — прорычал он. — Но только поскорее. Нечего зря тратить время.

Лавиния подумала, что не осуждает несчастную девушку. Тобиас временами был способен на кого угодно нагнать страху. Взять хотя бы их первую встречу. Она живо помнила все обстоятельства их знакомства. Это произошло в Риме. В одну роковую ночь он ворвался в маленькую антикварную лавочку, которую содержали Лавиния и ее племянница Эмелин, и принялся бить все, что попадалось на глаза. Вскоре на полках не осталось ни одной целой статуэтки.

— Успокойтесь, — велела она горничной, теребя серебряный медальон и говоря тихим, умиротворяющим тоном, которым всегда пользовалась, когда хотела ввести пациента в легкий транс. — Смотрите на меня. Вам нечего бояться. Все хорошо. Вам нечего бояться.