Запрещаю тебе уходить

– В Швейцарию, – бросил, как собаке кость. Но и на том спасибо.

– Зачем?

Машина притормозила на повороте. Женя отвернулся.

– Мам, а где Швейцария? – завозился рядом сын. – Это там, где делают сыр?

– Там много чего делают, Никит.

– А что ещё там делают?

Если бы не вопросы Никиты, Воронцову отделаться от меня так просто не удалось бы. Но в данный момент сын с его глупостями был куда важнее. Вряд ли он сильно испугался, и всё-таки я хотела отвлечь его и потому стала рассказывать всё, что знала о стране, куда мы, по неясным причинам, должны были вылететь в ближайший час.

Только когда поток «почему» и «зачем» стал иссякать, наши с Женей взгляды пересеклись вновь. Как раз в момент, когда мы подъехали к зданию.

Само собой, стойку регистрации мы миновали. Прошли через VIP-зал и оказались у рамок. Хоть что-то человеческое было моему мужу не чуждо!

– Я ничего не понимаю, Жень, – начала было я, стараясь сохранить здравомыслие. – Скажи хоть…

– Я уже сказал вчера: у меня больше нет времени ждать.

Глава 12

Настя

Несмотря на часовую разницу во времени, в аэропорту Берна наш самолёт приземлился уже ночью. Никита спал, прижавшись ко мне, а я не отводила глаз от иллюминатора до тех пор, пока не почувствовала прикосновение к плечу.

– Разрешите мне взять его? – спросил Иван, показав на сына.

Я согласно кивнула и посмотрела на поднявшегося с соседнего ряда Женю.

– Всего доброго, – улыбнулась мне стюардесса, провожая к трапу.

– Всего доброго, – отозвалась я, надеясь, что впереди действительно будет доброе. Пусть не всё, но хотя бы что-то.

У входа в аэропорт нас ждала машина.

– Мам, это Швейцария? – сонно спросил Никита, когда Иван передал его мне.

Я кивнула.

– Спи, – шепнула я, убаюкивая его. – Спи, мой мальчик.

Женя наблюдал за нами, но я игнорировала его. Интуиция подсказывала, что ждать осталось недолго: скоро я получу ответы на все свои вопросы, и тогда, может быть, смогу понять, к чему был весь этот фарс со школой и не расторгнутым браком. Не верилось, что он планировал это пять лет. Хотя теперь я уже ни в чём не была уверена.