Замуж с осложнениями

Во-вторых, я впервые лечу на этот самый курорт вместе с детьми, хотя по идее в мои должностные обязанности входит проверка санитарного состояния лагеря до прибытия отдыхающих. Очевидно, кого-то жаба задушила меня отдельным рейсом посылать. В-третьих, помимо залечивания болячек у несовершеннолетней части населения корабля в мои функции почему-то входит полное обслуживание начальницы, типа принести-подать, записать в ежедневник, позвонить-написать, посчитать и поговорить. Я вообще-то не секретаршей нанималась.

* * *Мадам Дюпон вместе с главой Всемирного многопафосного сидят в уютной маленькой переговорной. Им туда уже кто-то принес кофе, и даже не я. Главу мне пока что только издалека приходилось видеть, но смотреть там особо не на что.

— А-а, Лизонька, — приветствует меня Дюпониха. На всеобщем, конечно, так не скажешь, но с ее интонацией только уменьшительное и может получиться. — Познакомься с господином Квиггли.

Фиггли. Крабле-бумс.

То есть, да-да, очень приятно.

И, конечно, смотрим мы не на лицо, и даже не за декольте, а прям сразу под юбку. Кстати, среди прочих загадочных требований, предъявленных при устройстве на эту работу, был еще и дресс-код: юбка выше колена.

— Вот, — говорит мадам Дюпон, — наш бортовой медик, высококлассный специалист, обеспечивает безопасность детей.

— Да-да, — бормочет глава. — Да-да, обеспечивает, я вижу.

А он умнее, чем кажется. Все-таки, чтобы такой фонд возглавлять, надо в голове что-то иметь. И в то, что я специалист, он не поверил. Я бы и сама не поверила. А вот в то, что у меня венерических должно быть с полдюжины, я бы поверила легко.

— Спасибо, Лизонька, можешь идти.

Ура, бегу.

За спиной слышу, Квиггли ворчит:

— Я вообще-то говорил о другого рода безопасности. Мы ведь недалеко от Гарнета, не боитесь неприятных встреч? Джингоши, муданжцы… не самое благополучное окружение…

На этой оптимистической ноте я перестаю его слышать.