Закон жанра

Даже если бы режиссер был при деле, он бы все равно не взял его к себе. Осторожничает...

На проходной «Мосфильма» его встретили равнодушно. Как будто он человек с улицы. Пропуска у него не было, поэтому пришлось доказывать, что он известный актер Ярослав Барьянов. Ему поверили, но пропустили на территорию без особой охоты. В глазах охранника стоял вопрос: «А кто это такой, актер Барьянов?» Как будто он никогда о таком и не слышал. А ведь на киностудии работает, не где-то в булочной...

Крыс в коридорах киностудии он не увидел.

Но то, что коридоры производственных корпусов имели плачевный вид, это да. Стены мрачные, ободранные, местами изъедены грибком. В третьем павильоне склад чая. Знаменитый пырьевский пруд без воды... Тоска.

На Ярослава никто не обращал внимания. Его просто не узнавали. А если и узнавали, не показывали виду. Неудивительно, ведь тут знавали куда более знаменитых и маститых актеров.

В конце концов он забрел на какую-то частную студию. Здесь хоть какие-то признаки жизни.

Ярославу повезло.

Он смог застать на месте руководителя студии. Представительного вида мужчина лет сорока смотрел на него как на пустое место. Его равнодушный взгляд словно ветром сдул с Ярослава напускную браваду.

– Моя фамилия Барьянов... – обескураженно представился он.

– Барьянов, Барьянов... Что-то знакомое... Извините, никак не могу вспомнить... Напомните, если не трудно...

Ярослав назвал фильмы, в которых снимался. Но это не произвело на мужчину никакого впечатления. Или он только делал вид, что посетитель ему не интересен.

– И что вы хотите? – хлестко спросил он. – Сниматься? Я угадал?

– Ну, в общем-то да... К тому же у меня сценарий нового фильма есть...

– Сценарий можете оставить. А насчет сниматься... Да, я вспомнил вас, Барьянов. И припоминаю, что видел вас в каком-то фильме. Вы «афганца» играли... И еще я вспомнил, что вы были за что-то осуждены... Значит, вы освободились и хотите продолжить карьеру, я правильно вас понял?

– Да.

– Боюсь, помочь я вам не смогу... Да, сейчас у нас в производстве есть один телесериал.

Но все роли первого плана давно распределены. И второго тоже... Разве что предложить вам роль в эпизоде? – на секунду задумался руководитель. – Но это пусть режиссер решает. Только я не думаю, что он одобрит мою идею...

– Почему?

Ярославу было унизительно чувствовать себя в роли бесправного просителя. Хотелось развернуться и уйти. А больше всего хотелось дать кулаком по этой самодовольной сытой харе. Но надо было держать себя в руках.