Закон Кремля

Воюет не только тот, кто из пушки стреляет, но и тот, кто снаряды подает, и кто ту пушку чинит…

Неизвестно, чем бы закончилась их перепалка, но внезапно Шерстяной осекся, глядя на что-то за моей спиной.

Я обернулся.

И замер…

Потому что это была она.

Мария.

Девушка, которую я встретил много лет назад и полюбил настолько искренне и по-настоящему, как не любил до этого никого. Говорят, что первая любовь не забывается. Правильно говорят. Как бы я ни старался забыть Марию, как бы ни загонял память о ней в самые глухие и темные тайники своей памяти, они всегда оставались со мной.

И вот сейчас эти воспоминания о прошлом, вырвавшись наружу, тряхнули меня так, словно я попал в эпицентр аномалии «электрод». Пронзили насквозь тысячами молний – потому что она шла ко мне, протянув навстречу руки. Такая же молодая и прекрасная, как в тот день, когда я впервые увидел ее – и не придал значения той встрече, еще не поняв, что влюбился раз и навсегда…

– Осторожно, Снар, – раздался механический голос сбоку от меня, рядом – но словно из другой реальности.

– Какое тут «осторожно», если нам всем конец? – хрипло проговорил другой голос.

Но мне было плевать на эти далекие голоса. Я шел к ней, понимая, что не может она быть настолько молодой и завораживающе красивой – но все равно шел, летел к ней, как мотылек, летящий на свет и не думающий о том, что может фатально обжечь крылья…

Я обнял ее, начал целовать, понимая, насколько сильно соскучился по ней, по запаху ее волос, по нежной, бархатистой коже, по приоткрытым мягким губам, словно созданным для поцелуев.

Но все же какая-то тоненькая, мерзкая нота не позволяла мне полностью раствориться в этом прекрасном океане любви.

И она это почувствовала.

– Не бойся, – прошептала Мария, обвивая тонкой, но сильной рукой мою шею. – Ты ведь спас меня от скучной жизни обыкновенной городской девчонки, дав новую, страшную и прекрасную одновременно. И за это я отблагодарю тебя так, как умею только я…

В этот момент в ее глазах промелькнуло что-то знакомое.