Заградотряд времени

Мы, дескать, с донесениями прибыли с передовой, не евши. Конечно, это была наглость, мы — не штабные работники. Однако повар сжалился над нами, налил по миске борща, дал буханку ржаного хлеба на двоих. Уговаривать нас не пришлось, все съели быстро.

Только уселись в тени под деревце — отдохнуть перед обратной дорогой, как раздался истошный крик: «Немцы!» Штабные забегали. Я выматерился — ну поесть спокойно не дадут!

Однако сколько мы ни крутили головами, никаких следов прорыва не увидели, стрельбы тоже не было слышно.

Мы подняли голову. Мама моя, в полукилометре от нас с неба на парашютах опускались немецкие десантники! Ветром их сносило в сторону — как раз на городишко. Обычно десантирование производят на луг или поле, а вот на город сбрасывать десант избегали — слишком велик риск покалечиться при приземлении.

Парашютистов сносило к западу от центра городка.

Придерживая автоматы, мы побежали к мотоциклу. Борис уселся в коляску, схватился за рукоять пулемета и стал расстреливать в воздухе фигурки под куполами. Я же захватил из коляски подсумок с магазинами от автомата и побежал от площади туда, где приземлялось большинство десантников.

В этом же направлении бежали бойцы взвода охраны. Едва приземлившись, даже не освободившись от подвески, парашютисты открыли огонь из автоматов.

Я поймал на мушку автомата ближайшего ко мне немца, который только что неудачно приземлился. Его накрыло куполом парашюта, и теперь он безуспешно пытался освободиться от него. Я дал короткую очередь, и немец затих. Сверху опускался еще один. Не дав ему долететь до земли несколько метров, я его срезал.

Только теперь у меня появилась возможность присмотреться к десантникам поближе. Их форма отличалась от пехотной, даже стальные шлемы были другие.

Меж тем немцы собирались в группы и отходили в западную часть города. Не иначе, накапливали силы, чтобы навалиться и дать бой.

Короткая очередь из автомата оборвалась неожиданно. По раздавшемуся следом сухому щелчку я понял: в магазине закончились патроны. Я отбросил пустой рожок, прищелкнул полный.