Заговор небес

Лицо Дьячкова снова меняло тона: из багрового становясь все бледнее и бледнее…

– Господин О'Гар! – обратился я к американцу. – Могу я вам задать только один вопрос?.. Прошу вас ответить только: «да» или «нет». Если надо, Екатерина Сергеевна переведет…

– К вашим услугам, – О'Гар откинулся на спинку велюрового кресла. Он по-прежнему чувствовал себя хозяином положения.

– Скажите, господин О'Гар, – продолжил я. – Вы ведь богатый человек?..

– Это есть вопрос?..

– Нет. Вопрос в другом: упомянули ли вы в своем завещании кого-то из русских женщин? Женщин, связанных с парашютным спортом?

Думаю, даже лучший огайский адвокат с гонораром тысяча долларов в час не смог бы более хитро сформулировать этот вопрос.

О'Гар вопросительно посмотрел на Катю.

– Это мой друг, – проговорила она, дотрагиваясь до моей руки. – Он частный детектив.

Американец вопросительно глянул на господина Дьячкова, лицо которого успело превратиться из красного в интенсивно белое, – и останавливаться в процессе мимикрии он, похоже, не собирался.

Я внимательно следил за всеми телодвижениями паршивца и выражением его глаз.

Екатерина Сергеевна поняла смысл взгляда, брошенного О'Гаром на Дьячкова, и пояснила:

– Это мой муж, если ты не знаешь. – И тихо попросила: – Ответь же Павлу, Джейк! Мне это тоже надо знать…

Американец в упор посмотрел на меня, негромко сказал:

– Мой ответ на ваш вопрос есть «да!», – и скрестил на груди руки.

В этот момент сзади к иноземцу подошел некто шкафоподобный и зашептал ему на ухо что-то по-английски. Кажется, он спросил, не пора ли выкинуть отсюда этих мазерфакеров к факинг матери.

– Ньет-ньет! – громко и по-русски ответил О'Гар. – Это есть мой друзья.

Я оценил такт американца.

– Мистер О'Гар! – сказал я. – Могли бы мы остаться на несколько минут наедине с миссис Калашниковой и мистером Дьячковым?

– О, коньечно! – с преувеличенной любезностью воскликнул американец, взял со столика сложенную газету, легко встал и непринужденным шагом, чуть не посвистывая, направился к барной стойке.

Мы остались одни.

Дьячков продолжал сидеть, скрестив руки на груди. Мы с Катей по-прежнему стояли.

– Андрей, что ты здесь делаешь? – тихо спросила Екатерина Сергеевна.

– А что ты… что вы оба, интересно знать, здесь делаете? – с вызовом прокукарекал профессор.

– Отвечай! – по-прежнему вполголоса приказала Катя.