Заговор небес

На улице она сердито вырвала руку. Мы быстро пошли к моей машине.

Что ж: да здравствует мужская солидарность.

Глава 13

Шоу в «Балчуге»

Мы припарковались на набережной неподалеку от гостиницы. Было воскресенье, и мест для парковки имелось преизрядно. На противоположной стороне Москвы-реки угрюмо серел утюг гостиницы «Россия». Рядом с ним лакомым мороженым, приманкой для иноземцев, возвышался разноцветный Василий Блаженный. Часы на Спасской башне показывали пять минут четвертого. Мы опаздывали больше чем на час.

Я выключил двигатель. Катя опустила солнечный козырек, надменно спросила:

– Где у вас тут зеркальце?

Я снисходительно усмехнулся:

– Вы – в русской машине, дорогая…

Катя достала из сумочки пудреницу и принялась рассматривать себя.

– Только что мы спешили, – сказал я в пространство.

Она со вздохом защелкнула пудреницу.

Я вышел из машины, распахнул перед ней дверцу. Не знаю, входила ли эта услуга в мои обязанности.

Катя царственно вышла. Чаевых я не ждал.

Я запер «восьмерочку». В холодноватом отдалении друг от друга отправились ко входу в «Балчуг» – обители богов, богатеев и бандитов.

Швейцар равнодушно распахнул перед нами дверь.

Мы вошли в пятизвездочный отель российской выделки. Под ногами расстилался паркет, достойный Эрмитажа. Пахло кофе, духами, сигарами и бриллиантами.

В многочисленных креслах лобби сидело не так много мужчин и парочка импортных бизнес-леди. Все они были дорогими и загорелыми. Суммарная стоимость их галстуков явно превосходила цену всей моей коммуналки.

(Уж не говоря об их часах.) Заморские гости попивали диетическую колу, чай или что покрепче. Просматривали газеты, что-то выстукивали на переносных компьютерах, негромко (но явно по-иностранному) беседовали друг с другом. Меж них сновали ослепительные официантки.

Катя остановилась и, кажется, в такой обстановке чувствовала себя вполне уверенно. Она огляделась.

Увидела. Прошептала: «Вот он!» Взяла меня под руку.

Мы двинулись к одному из столиков.

Лицом к нам сидел седой, загорелый, очень западный мужик.

Точный пробор – волосок к волоску. Сахарные зубы – зубок к зубку. Притом был он далеко не молод. По морщинам судя – за шестьдесят. На мужике как влитой сидел идеальный костюм, небрежно, по-воскресному, повязан галстук. Нога вольготно закинута на ногу. Русские, и даже европейцы, так высоко, чуть не за уши, закидывать ноги не умеют. Американец слегка покачивал вздернутым всем напоказ, зеркально начищенным ботинком.

Иностранец нас не замечал.