Заговор небес

И ее рука, и голос показались мне чуть более нежными, чем того требовали обстоятельства и внешние приличия.

Или ей для чего-то понадобилось меня приручить?

Уф, с таким делом начнешь подозревать кого угодно – даже собственную клиентку.

И самого себя.

Я решительно развернулся и вышел. Профессор провожать меня не появился. Видать, потонул там в своих интегралах. А может, вульгарно спал.

…Я сел в свою «восьмерочку» – ее слегка занесло снегом. Продолжать работу сегодня, в праздник, мне не слишком хотелось. Но… Не вечно же моей клиентше сидеть под домашним арестом.

Так кто же это, черт побери? Герр Лессинг? Фомич? Мэри?.. Или ее сынок, Бориска?.. Или этот шизик Никитка, о котором рассказала Катя?.. Или – кто-то еще, ни мне, ни ей не ведомый?..

В любом случае эта гадина бросила мне вызов, на который я пока ничем не мог ответить. Разве что кропотливым выслушиванием рассказов о судьбах бывших парашютистов и их спутников жизни. Во мне крепла уверенность, что одно убийство и два покушения имеют отношение к прошлому спортивному увлечению девушек.

Так что мне надо было срочно повидаться и поговорить с тремя другими соучастниками случившихся трагедий: господином Гансом-Дитрихом Лессингом, Марией-Мэри и старым парашютным волком Фомичом.

По некотором размышлении, я все-таки пока не решился беспокоить герра Лессинга, ввиду тяжких последствий аварии, в которую попала его супруга.

А вот двое других… По мобильному телефону я набрал номер Мэри. (Номерами телефонов меня снабдила моя клиентша.) Первые цифры номера Маши (412…) свидетельствовали о том, что она проживает в блатном районе – в Крылатском.

Телефон не ответил. Наверное, Мария Маркелова отправилась куда-то в гости. Уж она-то, судя по тому, как мне ее описали, вряд ли упустит повод, чтобы махнуть пару-другую рюмок – тем паче такой весомый повод, как православное Рождество.

Тогда я позвонил Фомичу.

Что мне оставалось делать? Минуту я поразмышлял, сидя в салоне своей «восьмерки» и слушая, как ровно и мощно работает на холостых оборотах движок.