Хозяйка гиблых земель

Может, просто устали?

На это и надеясь, ступаю на порог. Он тонким скрипом извещает о моем прибытии, но приветствовать меня никто не спешит.

Тихие шорохи, запах чабреца и звон ложечки о кружку доносятся из кухни. Туда и ступаю.

– Доброго вечера, товарищи дельцы, устали? – хочу поприветствовать друзей, но слова застревают в горле, ибо понимаю, что вечер все-таки не добрый.

Янга сидит за столом, нервно теребя край темного платка, выбившиеся пряди темных волос падают на осунувшееся лицо. Она машинально помешивает ложечкой в кружке, но, похоже, давно забыла про остывший чай.

Ее плечи поникли, а в глазах застыла тревога. Рядом мечется по кухне взъерошенный Крок. Его обычно гладкая серая шерсть стоит дыбом, хвост нервно подергивается.

Кот то и дело останавливается, припадает к полу, будто готовясь к прыжку, затем снова начинает свой беспокойный путь. Его янтарные глаза сужены, а уши прижаты – верный признак крайнего недовольства и беспокойства.

– Что случилось? – напрягаюсь я, и друзья, наконец-то, меня замечают.

– Хозяйка? Вернулась? – сначала Крок радуется, а затем вновь становится хмурым. – Раскрыли нас, хозяйка…

– Сегодня ночью кто-то шарился возле места добычи синюхи, – добавляет Янга.

– Кто?

– Не знаю. Он деру от меня дал, а затем попросту в воздухе исчез, – заявляет Крок и злится пуще прежнего.

Переживает, что не разглядел. А я же задумываюсь над тем, что он сказал. Тот человек исчез прямо в воздухе. В точности как вор, который забрался ко мне в малый дом. Тот выпрыгнул из окна, убегая от инспектора, и растворился…

Это один и тот же человек?

На всякий случай прошу Крока и Янгу описать все, что произошло, и самого мужчину в подробностях.

Но описание не внушает доверия.

– Похоже, все-таки враг, – констатирую я, и Крок вздыхает еще тяжелее.

– Прости, хозяйка, – опускает он шерстяную голову.

– Ну что ты. Какая тут твоя вина? Рано или поздно нас бы раскрыли.

Этой ночью вместо сна мы готовим все, что нужно. А утром собираюсь в городскую администрацию.

Глава 35. Суматоха

Облачаюсь в одно из любимых платьев, нежно-голубого, с россыпью мелких жемчужных пуговиц вдоль спины, и подмечаю, что его придется опять чуточку ушить. Но позже, сейчас обойдусь пояском.