Зачет по любви

Его лицо нигде не светилось, имя не было на слуху, но именно он стоял за всеми этими молодежными сериалами и юмористическими шоу с бешеными рейтингами. И ужасно хотелось спросить – как? Как ему это, блин, удается? Причем не год и не два, он уже десять лет занимает эту должность и продолжает выпускать проект за проектом, один успешнее другого.

– Я не знаю, – повторила я жалобно, с досадой понимая, что я сейчас мнусь и ломаюсь, как старшеклассница на дискотеке.

– Лика, если тебе так проще, можешь считать этот обед персональной лекцией, – предложил Кашнов и мягко улыбнулся, а я позорно залипла на ямочку на его правой щеке.

– Лекцией, говорите, – пробормотала я, отводя взгляд.

– Именно. Отвечу на любые вопросы о работе, обещаю. Но только при условии, что эта информация не пойдет дальше тебя.

Заманчиво. Очень заманчиво.

Продано, Максим Владимирович, вы умеете убеждать.

– Два условия, – выпалила я.

– Место выбираешь ты, плачу я за нас обоих, – непреклонно возразил он. – Это ничего не значит, просто я так воспитан.

– Ну… ладно.

– Тогда не против, если на обед пойдем пораньше? Лекция до десяти тридцати, потом еще минут двадцать они будут вопросы задавать… В одиннадцать, нормально?

– В половину двенадцатого.

– Ммм, – он задумался, что-то прикидывая, потом кивнул. – Ладно, пойдет. У нас с тобой будет минут сорок, а потом мне нужно будет ехать.

Кашнов улыбнулся мне – тепло, персонально – и ушел, еще раз уточнив перед этим номер аудитории.

Я рассеянно посмотрела на закрывшуюся дверь, а потом воровато, точно кто-то мог подсмотреть, схватила кружку, из которой он пил, и сделала глоток. Зачем-то. Но сразу же отругала себя за идиотизм и села заниматься делами.

* * *В узбекском кафурике недалеко от института кормили просто, вкусно и дешево. Ну и да, это была немного провокация, потому что мне хотелось посмотреть, как будет вести себя человек с машиной за десять миллионов вот в таком месте.

Как ни странно, без проблем. Кашнов не моргнув глазом уселся за шаткий столик, покрытый веселенькой клетчатой клеёнкой, повесил куртку на спинку стула и заказал себе плов и чай.

– А ты что будешь?

– Э, чего? – я с трудом отвлеклась от рассматривания продюсерских рук, которые внезапно оказались сплошь забиты татушками.