Забыть нельзя вспомнить

Когда-то взбалмошная и капризная Рита превратилась во взрослую, уверенную в себе, не по годам умную маленькую женщину, хотя для меня она, конечно, оставалась всё такой же малышкой.

— Милана завтракает на пару с Пончиком, и мне, как обычно, отмывать потом всю кухню.

— А где мой новый папочка?

— Рита! Ну сколько можно! — добродушно рассмеялась я.

— Ладно, ладно — шучу. Всё возится со своим корытом?

— Как обычно, — закатила глаза, изображая крайнюю степень наигранного недовольства.

— Я вам дам — корыто! Полу?чите у меня, обе! Привет студентам, — появился из-за спины Ян, вытирая мокрые руки о полотенце.

— О, как хорошо, что мы все тут в сборе. Короче… Пушкин, иди сюда, — отвернулась от камеры Рита и поманила парня ладошкой. Через мгновение в экране появилась кудрявая голова Мандазира: тот, улыбаясь во все тридцать два, приветливо кивнул. — Короче, мам, тут это… в общем — мы с Пушкиным решили пожениться, — она тепло посмотрела на парня, и оба хихикнули.

— Нет, почему же — я только за! — перебила я, всё ещё не до конца отойдя от шока.

Конечно, я знала, что они уже несколько лет живут вместе — два раза в год во время каникул они неизменно гостили у нас в летнем домике, но всё равно эта новость прозвучала как гром среди ясного неба. Моя девочка станет женой. С ума сойти. Это же сколько всего нужно подготовить, сколько вопросов решить…

Рита закусила губу и снова стрельнула таинственным взглядом на Мандазира.

— И это, мам, ты только в обморок не падай, ладно? В общем — я беременна.

Вот этого я не ожидала ещё больше! Даже слёзы навернулись. Я стану бабушкой! О, Боже! Прикрыв рот ладонью, уставилась на них округлившимися глазами.

Потеряла дар речи — это именно тот случай.

— Тёть Ян, да вы не переживайте, мы справимся, — вмешался Пушкин. — Я на вторую работу устроюсь, да и мама моя, если что, поможет.

Ян, почувствовав моё состояние, положил руки мне на плечи и одарил теплой улыбкой. Он считал Мандазира отличным парнем и всегда говорил, что Рита в надёжных руках.

Хотелось бы верить.

Я посмотрела на Риту — она была искренне счастлива, буквально светилась.