Заботы Элли Рэйт

Портнихи, большую часть этих военных лет шившие бесконечные солдатские рубахи, подштанники и гимнастёрки, были счастливы вернуться к мирной работе. Кусок простого белого шелка, который нашёлся в запасах у тётушки Ханны, и вовсе не предназначался для такой роскошной вещи, как свадебное платье. Но мадам Лешон украсила наряд такой изысканной вышивкой, что казалось впору носить не простой горожанке, а хоть бы графской дочери. Похоже, мадам работала даже по ночам, чтобы успеть сдать заказ вовремя.

К сожалению, поскольку связь между городами всё ещё была плохо налажена, и даже почта работала с перебоями, матушка Алекса не смогла присутствовать на свадьбе.

Она приехала уже ближе к концу осени, при первых заморозках, и развеяла все мои страхи о коварстве будущей свекрови. Милая, очень спокойная и интеллигентная женщина, которую не смутила ни моя странная семья, не мой социальный статус. Она нашла язык и с несколько настороженно её встретившей тётушкой Ханной, и с Ирвином. А вот Джейд буквально влюбилась в госпожу Гейл и ходила за ней хвостиком, вызывая у Лии некоторое чувство ревности.

-- И ведь не сказать, госпожа Элли, что она Джейд балует. А только малышка с утра до вечера норовит при ней быть. Уж и не знаю, чем она сманивает… -- нянька поджимала губы и не могла дождаться, когда же соперница уедет.

Впрочем, небольшая ревность Лии почти прошла, когда она узнала, что через пару недель госпожа Гейл планирует вернуться к себе в Приморск. Свекровь моя уезжала домой с небольшими презентами от всех членов семьи и самой красивой керосиновой лампой из мастерской сына.

С тех пор она каждый год приезжала на пару недель, и семья очень ждала этих визитов.

Сама свадьба у нас проходила в два этапа, и каждый их них был достаточно ответственным. Сперва мы сходили записаться в мэрию, потом по настоянию Алекса отправились в храм. И даже я со всем своим скептическим отношением к религии вышла оттуда, вытирая слезы и понимая: этот мой брак навсегда.

После проникновенной церемонии в храме семья отправилась домой, а мы с Алексом в мастерскую.

Там был накрыт длинный стол для всех работников и работниц. Многие женщины прослезились, глядя на нас. Алекс ещё раз поблагодарил всех за работу, раздал весьма приличные премиальные. И мы наконец-то отправились домой. Холостяцкая квартира Алекса ещё оставалась за ним, но большая часть вещей уже была перевезена в дом. У порога стояли два небольших чемодана с его и моими вещами.