Хождение под мухой

Передо мной в парике и с вульгарно накрашенным лицом стояла Федора.

ГЛАВА 31

В глубине коридора послышались шаги.

– Давай сюда, – скомандовала Федька и впихнула меня в одну из комнат. Я плюхнулась в кресло, покрытое накидкой, и прошептала:

– Дай воды.

Тут раздался стук в дверь. Без лишних слов Федька показала пальцем в сторону кровати, я подняла свисавшее до полу покрывало и шмыгнула под софу. Стук повторился:

– Сейчас! – крикнула Федька.

– Спала, что ли, Ляля? – раздался голос.

– Нет, Арсений Георгиевич, извините, английский учила, наушники нацепила.

– Молодец, старайся. В три занятия начнутся.

– А я уже слова зазубрила.

– Так и сидишь все утро одна?

– Да, – печально ответила Федька, – моя группа сегодня зачет сдает, вот все и зубрят.

– Никто к тебе не заходил?

– Лена погулять предлагала, только не захотела я, надо хорошо текст сдать, чтобы вы мне потом отличное место работы нашли.

– Умница ты, Лялечка, – одобрил Арсений, – старайся, душенька. У нас для таких, как ты, есть особый курс, еще один, совсем образованной станешь!

– Спасибо, – с жаром воскликнула Федька.

Дверь хлопнула, Федора наклонилась, подняла покрывало.

– А ну вылезай и живо рассказывай, зачем сюда явилась.

Я быстро-быстро принялась выплескивать информацию про Богдана, Надю, телеграмму, звонок с того света, посылки с обгорелой одеждой, вспомнила тетку в голубой коже, гибель Егора, исчезновение Саши и его семьи, трансплантацию почек…

В какой-то момент Федька присела на корточки, отогнула угол ковра, отковыряла одну паркетину, вытащила крохотный мобильный, потыкала пальцем в кнопки и шепотом сказала:

– Это я, Ромашка, у нас форс-мажор.

Сунув сотовый на место, она с чувством заявила:

– Ну и дура ты, Лампа! Сама не знаешь, во что вляпалась! Такую операцию загубила! Их всех собирались ночью по-тихому брать, а теперь придется среди белого дня, со стрельбой!

– Ничего не понимаю, – бормотала я, – ты-то как здесь оказалась!

Федька тяжело вздохнула:

– Давай побалакаем, только тихо, а еще лучше если говорить стану одна я, а ты молча послушаешь, не ровен час, обратит внимание кто, что в комнате двое.