За тридевять земель (СИ)

Когда она закроется и погаснет свет, досчитаете до трёх, повернётесь и выйдете через неё же. Окажетесь где и положено. Разумеется, не в сказке, а в сказочном мире, я уже объясняла. Дверь откроется прямо в зале приёмов гостевого дворца, ну, как в договоре написано. Так что и вызывать никого не придётся. Только руки друг друга ни на секунду не отпускайте. Так, первая пара — вперёд.

Анатоль подтолкнул к двери Григория с Ингой:

— Давайте вы первые, а мне нужно ещё отцу позвонить, что ночевать не приду. Это вы у нас общажные…

Вытащив телефон, он вышел на улицу, и пристроился под маркизой.

Анатоль вернулся, брезгливо стряхивая с рукава дождевые капли, подошёл к Арине, о чём-то пошептался, произвёл манипуляции с кредиткой и подписал ещё какие-то бумажки, потом схватил Василису холодной рукой и потащил к двери.

— А что это у тебя за пакет бомжацкий?

— Обычный пакет, магазинный. Я немного еды на всякий случай прихватила, воду, и лекарств — мало ли что.

— Совсем деревня? Там ведь написано — всё включено. Мда, правильно говорят: хорошо не жил — и начинать нечего.

Да дверью оказалась маленькая кладовочка — совершенно пустая, с небрежно побелёнными стенами.

— Один, два… Да, где твои медяшки? Давай сюда, у меня целее будут.

— Я их в карман джинсов засунула, здесь тесно, так просто не достанешь, да и побелка, наверняка, пачкается. Вот выйдем — и отдам.

Анатоль выдернул у нее руку и наклонился: — Блин, шнурок развязался. Я сейчас.

Не успела Василиса подумать, что на мокасинах шнурков вроде бы нет, как Анатоль поднялся, резко, как на параде, развернулся, и вышел в распахнувшуюся дверь.

Открыв через пару шагов глаза, она замерла в восхищении. Вокруг стоял светлый сосновый лес. Впереди, на опушке, сплошным ковром алела спелая земляника. Солнце светило через шелестящие на лёгком ветерке листья ярко и ласково, птицы пели звонко и как-то особенно проникновенно. Только Анатоля нигде не было. Девушка расстроено огляделась и несколько раз позвала приятеля.