За тобой

Я побросала в рюкзак самое необходимое на первое время и натянула спортивную кофту на себя.

– Анна, не сходи с ума! Ты что?! Всё готово, он тут, да тебя прибьют! – Мили схватила меня за руку, а я вырвала её.

– Нет, я не выйду за него замуж, я не могу, понимаешь?! Ты же знаешь всё обо мне! Захотелось быть хотя бы на некоторое мгновение нормальной, но невозможно это! Никогда ничего не изменится. И о чём я думала, когда согласилась, тоже не знаю. Слишком много на себя взяла, когда я всего лишь слабая, восемнадцатилетняя девчонка с кучей проблем.

Я… нет, – зло прошипела я и открыла дверь своей спальни.

Бежать куда глаза глядят. Неважно куда, лишь бы убежать!

Осмотрев второй этаж, я услышала голоса внизу; женщины праздновали девичник, пока невеста собиралась свалить из этого ада. Мили умоляла не делать этого, но мозг затуманился, не понимала, что делаю. Действительно, паниковала: если до этого всё казалось мне проще простого, то сейчас осознала всю серьёзность своего согласия. Я была полной дурой, решившей, что смогу.

Но, к сожалению, я не была настолько сильной, какой хотела казаться. Всего лишь брошенная, испуганная девочка, которую загнали в угол. И в мужьях у меня будет грубый тиран, похлеще отца.

Никому не верить, никому и никогда. Быть тенью, а не человеком – вот чем была моя жизнь, и я не желала её менять. Не сейчас. Я не готова.

Глава 8

Рикардо

Господи, почему их так много? Почему они такие шумные? Дед, ты знал об этом, и специально заставил меня пройти через ад, чтобы заполучить этот чёртов пакет акций!"

"Я простонал и уткнулся лицом в подушку.

Сегодня свадьба, а вчера был мальчишник, на котором мне дали понять, что моя невеста – самое милое существо на планете, слушается старших и точно выполняет указания. Её отец даже намекнул, что он ничего не будет иметь против, если я применю силу для её воспитания. Другие мужчины пытались научить обращаться с цыганками, указывали на их место, которого в принципе в их таборе не было.

Вот почему Анна прописывала все эти глупые условия.

Её воспитывали отнюдь не словами. Неприязнь тут же проснулась внутри, я извинился и ушёл с этого праздника жизни, оплаченного мною же.

Хотя ни по разговору, ни по письмам не увидел в ней девушку робкого десятка. Наоборот, упрямую Анну, а не ту, которую мне описывали.

Чувство защитить своё, затмило всё, как раньше, пока мама была жива. А традиции? Бред. Полная ерунда. Мы живём в цивилизованном мире, где правят деньги. И я у них и был «золотой жилой», «рогом изобилия».