За короля и отечество

Он понял только, что в результате всего этого в бутылочках волшебным образом получится сильный яд, с помощью которого они смогут отомстить проклятым ирландцам. Сильнее даже, заверил его Беннинг, чем ведьмино проклятие, которым травят колодцы на пути наступающей вражеской армии.

Заполнение беннинговых бутылок отнимало в день не так уж много времени, так что Лайлокен выполнял и другие его поручения. В условленный срок он позаимствовал у одного из своих новых приятелей-менестрелей коня и отправился за город на встречу с Морганой.

В день приезда Куты они встретились на закате в роще алых дубов у ведущей на север старой римской дороги. В глубине рощи затаилась маленькая часовня — судя по украшавшей ее резьбе, ее строили еще до Рождества Христова. Ветер раздувал полы его нового плаща и длинные, распущенные волосы Морганы. Она ждала его, не спешиваясь; с ней был паренек, которого и мужчиной-то назвать пока нельзя было: таким он казался юным и неопытным.

— Лайлокен, — негромко представила она его юнцу.

 — А это мой племянник Медройт. Племянник, этот менестрель предлагает тебе свою помощь в делах женитьбы.

Медройт смерил его простодушным, любопытным взглядом.

— Раз так, рад познакомиться.

— А я рад оказать услугу Британии. Когда мне уезжать на север, королева Моргана?

Она немного подумала.

— Не раньше, чем завершится совет королей в конце недели. Я отправлюсь тогда домой, в Гэлуиддел, и возьму с собой Медройта, чтобы познакомиться с вероятными союзниками и обсудить с ними условия брака.

— И какой знак захватить мне с собой, дабы убедить короля Далриады в истинности моих слов?

Она подняла руку, и на пальце ее блеснуло золото.

— Мой перстень с королевской печатью Гэлуиддела. Я одолжу его тебе в день, когда ты отправишься на север, а вместе с ним передам слова, что ты скажешь от моего имени.

Он кивнул: подобные условия явно его удовлетворили.

— И где именно я предложу королю Далриады встретиться с вами?

— На побережье у Каменного Круга Лохмабена.

Тебе известно это место? На северном берегу залива Солуэй-Фирт, немного южнее Кэр-Гретны.

— Да, я знаю, где это, — уверенно отвечал Беннинг, пока Лайлокен рылся в памяти. — Для заключения брака или союза лучшего места не найти, — добавил он с улыбкой. И действительно, как древнее святилище, посвященное Мапоносу, божеству музыки и молодости, Лохмабен и в двадцать первом веке славился как место, где без лишних помех могут обвенчаться сбежавшие любовники.