За любовь отдам...Тебя!

С этой блондиночкой тебе противно было целоваться и любовь изображать, но прикончить ты ее все равно не в состоянии. Так что, давай будем честными – ждать новую жертву смысла нет.

И правда, я был уверен, что меня будет тошнить от разыгрываемого спектакля, но ошибся. Настолько сильно ошибся, что не верится. София – это наваждение, от которого невозможно избавиться. Из-за нее я на полном серьезе забывал о своей Кристине. Стоило только подойти ближе, попасть под воздействие этого проклятия и все.

Часовня снова затряслась, но на этот раз слабее.

Даже не стал снова что-то делать, в этом не было необходимости. Интересно, просто очередная попытка спастись или ее задели слова Архимага? Вероятнее, конечно, первое, но не факт. Хоть Крейн и сама ломала комедию, но самолюбие девушки могло пострадать.

– Себастьян, мы тут уже двадцать минут! – прожужжала назойливая муха, от которой мне жутко захотелось отмахнуться. – Не думаешь, что Флоренс может начать волноваться и отправиться на ее поиски?

Окна в часовне все-таки разбились.

Вылетели вместе с рамами. Пришлось прикрыть девушку щитом, чтобы она не порезалась осколками. Когда все успокоилось, засмеялся. Это правда забавно, ведь София оказалась ни при чем – окна разбились из-за меня. Не помню даже, когда последний раз терял контроль. Кажется, когда узнал о гибели Кристины. А тут?

Внутри кипела какая-то дикая ярость из-за одного только упоминания имени дракона, которого я когда-то считал другом. Как будто для меня имело какое-то значение, чья метка на самом деле была на теле Крейн.

С силой сжал рукоятку оружия до такой степени, что ладонь побелела. Холодный металл обжег сердце, боль в котором стала совсем невыносима. Поднял предательски дрожащую руку, занес кинжал над девушкой, но, похоже, уже сам не верил, что смогу осуществить задуманное."

"Тяжесть решения, которое мне предстояло принять, ложилась на мои плечи как невидимое бремя. Моя душа боролась с самой собой, и я знал, что в любом случае этот бой я проиграл. Все верно Асмодей сказал – второго шанса не будет.

Никогда.

Поднял голову и взглянул на лицо статуи. Попросил мысленно прощения у своей истинной за то, что не смог выполнить обещание. Когда-то мы снова будем вместе. Я буду в это верить. Но теперь стало понятно, что не в этой жизни.

Затем снова посмотрел на Софию, на клинок в своей руке. Не смогу даже назначить справедливое наказание для девушки. А уж для ее истинного – тем более. Если только попробую, то Флоренса я точно спалю заживо.