Выше только любовь

 – Нужно было хорошенько отблагодарить его.

Лицо Натали загорелось алым. Чтобы поскорее отвлечься, она рассказала друзьям о том, как Джулиан пишет каждый вечер.

– И если бы его не было в кофейне в тот день… не хочу даже представлять, что могло произойти.

Либерти задумчиво гоняла соломинку по стакану.

– Итак, позволь я скажу прямо. Он в течение нескольких месяцев приходит каждый вечер, пишет что-то в тетради, вы поболтали… и все. Ты ходила с ним на свидание? Вне кофейни.

– Нет, – ответила Натали. – Мы…

– Он странный, – объявила Либерти и откинулась на спинку стула, словно подводя итог.

– Он не странный…

– А вдруг он гей? – воскликнул Маршалл. – Можно мне его?

Довольная улыбка на лице Либерти немного угасла.

– Ты всегда думаешь, что все геи, пока не будет доказано обратного.

– Я просто применяю то же правило, которое вы, гетеро, установили миллион лет назад.

– Какое же?

– Предположение, что все не геи, пока не будет доказано обратное.

– Как регрессивно.

Натали погрузилась в молчание, пока ее друзья продолжали переругиваться.

– Чтобы никто не мог сказать, что я не такой галантный, как сэр Джулиан.

Натали поцеловала его в щеку.

– Никто.

– И я рад за тебя, – произнес Маршалл мягким тоном, который она редко слышала от него.

– Я рада, – ответила Натали.

– Ну и хорошо, – сказал Маршалл. – Но, когда вы все-таки переспите, я первым должен об этом узнать. – Он склонил голову набок. – Подожди. Это прозвучало неправильно.

Натали рассмеялась и в шутку толкнула его.

Либерти высунула голову из окошка такси.

– Таксометр все еще работает, хотя вам все равно. Я не стану платить больше десяти баксов, Мистер Мешок с деньгами.

– Она нежный цветочек, не так ли? – подмигнул Маршалл.

Натали наблюдала, как он запрыгивает назад в машину и машет ей на прощание, сидя за тонированным стеклом.

– Слишком поздно.

* * *"

"Джулиан не появлялся целых три мучительных дня и вернулся только в понедельник вечером. Натали с трепетом ждала его визита. Их последняя встреча закончилась немного странно, когда он внезапно ушел. Девушка поклялась больше не говорить о Мендоне с таким фанатизмом, это явно отталкивало его.