Выше только любовь

Его лицо снова помрачнело.

– Кто-то повлиял на ее решение. Не могу поверить, что она поступила так… когда мы были по-настоящему счастливы.

– Что случилось? То есть какую причину она назвала?

– Она хочет книги, а не меня. И… – добавил он едва слышно, – она… боится меня. – На его лице заходили желваки. – Она боится, что я жесток.

Дэвид в ужасе широко распахнул глаза.

– Что? Но это безумие! Ты самый милый, добрый, самый заботливый…

– У меня взрывной темперамент, – не дослушав, проговорил Джулиан. – Я упоминал, что боролся с ним, старался не ранить словами.

«Да, интересно…» Дэвид встал за его спиной и положил руку парню на плечо.

– Что будешь делать?

Взгляд Джулиана коснулся руки Дэвида и скользнул прочь. Его тон звучал опасно беззаботным.

– Точно не знаю, Дэвид. А что ты мне порекомендуешь?

Дэвид превратил свою ласку в уверенное похлопывание и отошел.

– Я рекомендую поступить так, как в подобной ситуации поступил бы любой мужчина – просто выпить.

Он видел, что часть напряжения покинула Джулиана, из глаз пропал подозрительный блеск и осталась только боль. Друг опустился на диван и спрятал голову в руках.

– Это бессмысленно. Все, до последнего слова. Она не такая. Что-то случилось…

Дэвид присел на подлокотник дивана, борясь с желанием снова прикоснуться к парню. Свитер из дорогого черного кашемира идеально обтягивал его красивое тело. Дэвиду нравилось видеть его в черном…

– Похоже на типичную женскую ветреность, – прокомментировал он и тут же пожалел о сказанном.

– А вдруг она… ошиблась? Прислушалась к плохому совету друзей?..

– Ошиблась? – нахмурился Дэвид. – Джулиан, она разбила тебе сердце. Обвинила тебя в насилии, которого никогда не было! С ней нельзя мириться.

– Нельзя? – спросил Джулиан, продолжая прятать лицо в руках.

– А зачем?

Джулиан поднял голову. Он выглядел побежденным.

– Потому что я люблю ее.

– Иногда этого недостаточно. Или, быть может, в вашем случае это слишком."

"– Что ты имеешь в виду?

Дэвид смотрел строго прямо и говорил беззаботным тоном, словно эти замечания просто рождались в его голове, а не были навеяны словами Натали.

– Наверняка для нее это слишком. Ее любимый автор Мендон. Она влюбляется в тебя. Ты и есть Мендон.