Выдыхая боль

С чего вдруг Горский опять рычит и говорит со мной тоном как будто я непроходимая, а ещё в доску провинившаяся кретинка. Что опять такого криминального за минуту успела натворить – непонятно. И не одна я в растерянности, на лице начальника охраны тоже прослеживается недоумение.

— Ага, — как можно непринуждённее отозвалась я и удобно откинулась на спинку сиденья.

Позже обязательно потребую у родственника разъяснений, что это такое было, но не сейчас. Олег же, когда на взводе, слова не фильтрует, как начнёт при посторонних выписывать «комплементы» и, никого не стесняясь, выяснять отношения, как мне потом в глаза людям смотреть?

До дома мы добирались всего час, но напряжённая и молчаливая обстановка в салоне автомобиля вымотала и, казалось, что дорога заняла целые сутки.

Внедорожник остановился возле крыльца, и все поторопились на улицу, я же дописывала сообщение бухгалтеру клуба и из-за этого чуть замешкалась, но когда тоже собралась наружу, мою дверь раскрыли с другой стороны, причём сделал это Олег, ещё и руку мне подавал, с явным намерением помочь выйти.

Джентльмен хренов. То на пустом месте орёт, то оказывает совершенно ненужные знаки внимания.

— Спасибо, — тоном далёким от благодарности произнесла я и приняла руку.

— Иван, поставь, я сам отнесу, — бросил Горский водителю, когда тот достал из багажника мои чемоданы и собирался их в дом занести.

— Какую спальню мне можно занять? — спросила я, поднимаясь вслед за родственником по лестнице.

Олег не только обернулся и удивлённо на меня посмотрел, он ещё и остановился.

— А прежняя тебя не устраивает?

— Думала, ты её занял.

— Я, по-твоему, мазохист! — зло выплюнул он.

— Да что с тобой не так, почему постоянно позволяешь повышать на меня голос? Что такого я сказала? Эта комната в доме самая просторная и удобная, вполне резонно предположила, что ты именно её себе выбрал.

— Ни при чём, неверное подобрал слово.

У Олега сейчас так бегают глаза, как будто я его за каким-то постыдным делом застала.

— А орёшь почему? И не только сейчас, а ещё и в машине горло надрывал.

— А нечего своим пушистым хвостом вертеть. Ты бы видела себя со стороны, удивительно, как только к Артёму Андреевичу на колени не пересела.

— Олег, да у тебя горячка. Видишь то, чего на самом деле нет. Я была приветлива и не более.