Выдыхая боль

— Странно, штопор не брала, а он на столе в кухне лежит, — ради этого факта домработница не поленилась и до спальни Олега дошла, вижу, как она одной ногой потирает, другую, ну или чешет. — Только вы ничего такого не подумайте, я не запамятовала, на кой мне штопор доставать. У меня правило, на работе ни-ни…

Вот правильно меня мама всегда ругала за то, что вещи обратно на свои места не кладу, слушала бы родительницу, глядишь, и сейчас выбралась сухой из воды. Олег бы уехал, домработница окном занялась, а я на цыпочках, да по стеночке незаметно из квартиры и выскользнула.

— Валентина Дмитриевна, а ведь и у меня в комнате кое-что не так. Нет, всё на своих местах, но появилось то, что сюда не приносил – два бокала и бутылка вина, — задумчиво заметил Горский.

Вот не зря же говорят, алкоголь – это зло и то, что в данную минуту происходит, яркое тому подтверждение."

"— Ради бога, только на меня не подумайте, — всполошилась и явно разнервничалась женщина.

— Успокойтесь, на вас никто и не думает, — строго, но с весёлыми нотками заверил Олег. — Понял, что происходит. В квартиру пробралась мышка, маленькая такая, тёмненькая, а глазки голубые. Я духи этой хвостатой ещё в коридоре учуял, но решил, что почудилось. Людям же свойственно желаемое за действительное выдавать.

— Мышь?! — судя по панике в голосе, из всех слов, сказанных Горским, женщина только одно это услышала, а ещё она подошла ближе к креслу.

— Она самая, — раскрыв дверь гардероба и уже откровенно резвясь, подтвердил Олег. — И вот её сумка и туфли. Так, а что у нас под сумкой? — крепко зажмурилось, потому как под сумкой моя одежда. — Любопытно…, а в чём тогда осталась… Валентина Дмитриевна, поздно же уже, у всех рабочий день закончился, и вы тоже ступайте домой.

— Ясно, а вы, значит, тут будете мышку ловить? — домработница догадалась, в чём дело и присоединилась к веселью Олега. — Ну-ну. Удачной охоты. Уж как следует, постарайтесь, а то у меня сын младше вас на целых пять лет, а женат и на ноги поднимает двух ребятишек. Алиночку и Никитку. Ой, Никита такой шебутной…

— Валентина Дмитриевна, вам пора.

— Да-да ухожу. Считайте, уже ушла.