Выйти замуж за злодея

Кто в здравом уме посчитает такие глаза ничем не примечательными?

— Что собираешься делать потом, когда успешно сбежишь?

— Пройдусь по торговым лавчонкам.

— Возьмешь меня с собой? — быстро спросил он, глянув из-под ресниц.

— Господин Гард, это лавочки, куда ходят простые смертные. В них ничего дороже злотого не продается. Я к тому, что тебе будет просто не на что тратить народные капиталы. Ни дорогих картин, ни статуй.

— У меня был долгий день, и я не против его закончить в компании остроумной нимфы, — усмехнулся он.

— Что ты имеешь в виду, говоря «закончить день»? — насторожилась я.

— Не то, о чем подумала ты, но направление мыслей мне импонирует.

— Приятного вечера в компании бутылки элитного вина, господин Гард, — решительно поднялась я из-за стола, а когда он не последовал за мной, то оглянулась:

— Ты идешь? А то скоро все торговые улицы опустеют.

Когда я только начала ездить к маленькой Хэйзер, то собирала с собой в Шейросскую низину вещи, которые мне лично казались очень нужными маленькому ребенку: одежду, чулки, игрушки, обувь.

Но старая карга Драмлин быстро объяснила, что таким подаркам никто не рад. Даже сама малышка. Из-за них зачастую возникали конфликты. К сожалению, человеку, выросшему в семье, поначалу сложно понять детей из приюта."

"Вскоре я поумнела и начала привозить всевозможные гостинцы, которые можно было поделить. Леденцы, лакричные палочки, жевательную смолу с фруктовым вкусом, маленькие мятные шоколадки в жестяных банках, сладкие витаминные пилюли.

Пекла обожаемые Хэйзер песочные печенья. Позже прибавился список обязательных мелочей, составленный маленькими жителями «Солнечного ветра».

Обычно закупалась заранее, но на выходной Арлис расщедрилась неожиданно. Пришлось обойти не одну торговую лавчонку, чтобы отыскать все, что было указано в списке. Соверен принимал активное участие в каждой покупке. Спорил из-за цвета булавок. Доказывал, что для рисования надо брать цветные восковые грифели. Из четырех одинаково белых лент он пятнадцать минут придирчиво выбирал самую белую.

И — проклятье — один из самых богатых магов острова торговался, как жадная сварливая домоправительница! Будто отдавал за дешевую ленту последнюю монетку, хотя я тратила только свои деньги.

Список закончился, торговая улица постепенно пустела, зажигали фонари. Возле крошечной едальной я невольно притормозила. Из открытых окон струился потрясающий аромат горячего рагу с пастой из красного перца.