Выбери себе смерть

— Дурак, — поморщился президент банка «М». — Я могу быть свободным? — холодно спросил он Нефедова.

Тот, отвернувшись, кивнул, стараясь не смотреть в глаза Колчину.

Президент банка, собрав какие-то документы, вышел из комнаты решительным шагом.

— Он депутат Государственной Думы, — пожал плечами Нефедов. — Формально он прав. Мы не имеем права его задерживать.

— Но он главное лицо, организатор! — взорвался Колчин. — Через него идут все связи к московскому правительству.

— Кончаем дискуссию, — твердо прервал его Нефедов, — будем действовать только по закону.

Миронов встал, попытался улыбнуться, но улыбка получилась какая-то жалкая.

— Я арестован? — спросил он.

— Да, — строго ответил Колчин, — вы арестованы, генерал Миронов. А кто вы такой? — обратился он к третьему из хозяев этой комнаты.

Тот показал свое удостоверение.

— Из МВД, — кивнул Нефедов, — я так и думал. Замена Юркову. Он человек министра. Арестуйте его.

Когда обоих арестованных увели, Колчин спросил:

— А где тот самый незнакомец, который приехал сюда на трех машинах с такой охраной?

— Разве его не нашли? — удивился Нефедов.

— Не знаю, — растерялся Колчин.

Но неизвестного так и не нашли.

ГЛАВА 25

Они сидели друг против друга в старом вагоне, стоявшем в тупике Курского вокзала. Фогельсон тихим голосом рассказывал обо всем.

— С самого начала я подозревал Миронова. Он слишком суетился, слишком подставлялся. Эта глупая скандальная история в Минске прогремела на весь мир, а ему все до лампочки. В общем, сорвалось.

— У тех тоже сорвалось, — заметил Дронго.

— Не скажи, — возразил Фогельсон. — Президента банка они арестовать не смогут и мэра города тоже. Так что те сумели частично сохранить свои ряды. А у нас сорвалось.

— Что думаешь делать? — После пережитого они были на «ты».

— Придумаю что-нибудь, — улыбнулся Марк Абрамович, — я ведь в группе «Рай» был аналитиком, все разрабатывал. Командир наш Лукахин больше стрелял, чем думал.

За окном зажегся свет.

— Ребят твоих я отпустил, сказал, что это ты добился их освобождения, — продолжал Фогельсон, — так что деньги с Давида получи. Они твои, честно заработанные. А с Арчилом помирись — чего тебе еще в Москве врагов наживать? К себе когда вернешься?

— Прямо сегодня. Надоело здесь у вас. Политика, мафия, разведка. У нас хоть и война идет, но поспокойнее.

— Верно.