Вторая жизнь Элизабет

Если раньше Лиза была для них простым препятствием, то после всего они начали чувствовать к ней ненависть, обвиняя во всем именно ее.

Не короля, не управление, не герцога Сайма или графа Беорна, а именно Элизабет. Ведь ненавидеть беззащитную девушку значительно проще, чем могущественных людей. О том, что виноваты они сами, отец и дочь даже не думали.

Договор был озвучен прилюдно, а затем в дело вступили оценщики. Всё-таки не так просто выделить часть от всего имущества. Наследство состояло не только из денег, но и из земель, домов, деревень, замка и ферм.

Так как Элизабет была пострадавшей стороной, она имела право выбора. То есть Виллоу не мог просто отдать ей какой-либо дом, состояние которого, возможно, потребует в дальнейшем многочисленных денежных вливаний. Или ферму, приносящую меньше всего дохода. Нет, так это не работало.

В итоге Лиза стала законной владелицей достаточно внушительного куска земли, одной фермы, пары деревень, стоящих на земле, и особняка. Ну и конечно, четверти всех денег.

Все происходило так стремительно, что Лиза сама не заметила, как стала полноправной баронессой.

Оставался один незакрытый вопрос – мать Элизабет. Виллоу тоже был допрошен с помощью камня правды. Ему пришлось признать, что он добавлял в вино порошок голода.

Это средство являлось лекарственным препаратом и до этой истории считалось совершенно безопасным. А все потому, что никто не додумался сыпать его в больших дозах в вино.

Обычно целители добавляли порошок в еду пациентов, которые во время болезни теряли аппетит. Препарат вызывал у таких людей желание перекусить.

Лекарство устраняло различные проблемы, связанные с пищеварением. Из-за малых доз никто из пациентов после лечения не испытывал никакой тяги.

Но в случае с Иолантой все смешалось воедино и дало неожиданный, хотя и нужный Виллоу результат. Во-первых, доза порошка в первый раз была слишком большой. Во-вторых, алкоголь при длительном употреблении вызывает привыкание.

Сам Нестор не ожидал такого быстрого результата. Да, он хотел подобного, но думал, что спаивание займет больше времени. О разорении он сказал для того, чтобы подтолкнуть Иоланту, ведь та никогда особо не любила алкоголь. Виллоу отлично знал жену и понимал, что столь плохая новость заставит ее искать в чем-нибудь утешение.