Вторая жизнь Элизабет

Я надеюсь, он понимает, что никакая катастрофа не станет достаточной причиной для отказа от брака с тобой? Если такое случится, то вся наша семья будет опозорена, – Иоланта несколько раз махнула перед лицом рукой, словно ей от одной только мысли стало дурно.

– Я надеюсь, ты поговоришь с ним о папе? – вмешалась Гвеннит. – Его грехи не настолько велики, чтобы погибать.

Элизабет не стала говорить, что всех заключенных давно уже переправили на отдельный, совсем крошечный остров. Король посчитал, что эти люди все еще могут оказаться полезны королевству.

В конце концов, им ведь не смертный приговор вынесли. Правда, в город смогли перебраться только самые безобидные преступники. Те, чья вина не была слишком велика.

Элизабет не понимала, как раньше не замечала, какой на самом деле является ее сестра. Впрочем, до этого момента она никогда не обсуждала серьезные темы ни с ней, ни с матерью. Если вспомнить, то все их разговоры сводились к разной чепухе. Наверное, уже это могло что-то да значить.

Глядя на Иоланту и Гвеннит, Лиза осознала, что хочет свести контакты с ними до минимума.

Нет, она не испытывала сильной неприязни, но некий дискомфорт рядом с ними все-таки ощущала. Возможно, это было чувство опасения. Как бы там ни было, но сестра была сообщницей ее отчима. Из-за него и Гвеннит Элизабет в прошлой жизни умерла. Мать тоже не вызывала в ней большой любви. Та никогда не интересовалась ее жизнью, и вообще вела себя так, словно у нее нет детей.

Так как их дороги некоторое время назад разошлись, то Элизабет не чувствовала себя чем-то обязанной родственникам.

Те были все так же богаты и, как она считала, ни в чем не нуждались. Не было причин слишком часто приходить в эту часть острова. Элизабет посчитала за лучшее поселиться где-нибудь подальше. Желательно на другом дереве-острове.

Единственное, что хотела Лиза, это получить ответ на один волнующий ее уже долгое время вопрос – кто ее биологический отец. В самом начале она пыталась узнать, но мать ловко ушла от ответа, а больше Лиза спрашивать не стала.

Поначалу столько всего навалилось, что мысль о настоящем отце быстро ее покинула. Тогда ей было о чем подумать.

Элизабет была уверена, что Иоланта не станет говорить при младшей дочери, поэтому дождалась, когда они останутся наедине, и задала свой вопрос.

Мать в этот самый момент спокойно пила чай. Услышав вопрос, она замерла, а потом медленно поставила чашку на тумбочку около кровати.

– Зачем тебе это знать, дорогая? – спросила Иоланта, глядя перед собой.