Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

— Что-то этот дядя Лёня часто мне на глаза попадаться стал.

— Да он вечно ползает туда-сюда, целыми днями на лавке сидит у соседнего подъезда. На пенсии делать нечего."

"— Так он вроде не старый.

— А он инвалид какой-то там.

— Понятно.

Мы зашли домой, и Настя сразу побежала на кухню.

— Ты есть хочешь, Красивый?

— Да, приготовь что-нибудь.

— Женщина не создана для кухни! — парировала она, проверяя, что есть в холодильнике.

— А для чего создана женщина?

— Для обожания, Красивый. Для обожания.

— Пожалуй, — усмехнулся я, — придётся обожать женщину, глядя на неё из окна.

— В смысле? — не поняла она.

— Как сидит она на скамейке у подъезда и мёрзнет, поскольку для кухни оказалась непригодной.

— Абьюзер! — воскликнула Глотова.

— Я не знаю, что это значит.

— Конечно, не знаешь. Давай, говори, как твою эту делать. Как она?

— Шакшуку?

— Вот-вот…

* * *Мама пришла поздно, но я ещё не спал. Учил уроки. После тренировки и вылазки к Эдику, после встречи с недавним прошлым, представшим передо мной в виде развалин прошлого, окунуться в науки было свежим глотком.

— Ты чего не спишь так поздно? — удивилась мама.

— К экзаменам готовлюсь, — улыбнулся я. — И тебя вот жду. Ты есть хочешь?

— Нет. Мы на посту ужинали. Маринка торт принесла манговый. У неё день рождения вчера был.

— Хороший?

— Торт? Да. Вкусный. Надо будет купить такой как-нибудь. Ладно, Серёж, я спать пойду, а ты не засиживайся, пожалуйста.

Она пошла в ванную, а я ещё посидел немного над физикой и прогнал несколько раз варианты тестов в интернете. Контрольные в виде этих дурацких «выберите ответ» жутко бесили, но поменять систему я не мог.

Закончив заниматься, залез в сеть и долго ещё смотрел ролики и про картели, и про крипту, и… блин, «Уральские пельмени». Даже поржал. Хотя от этого всего было и страшно. Не то чтобы прям страшно, но просто понял, что кто-то наверное целые дни проводит, листая эти видосики и сжигая минуты, часы и даже целые дни.

Наконец, я всё выключил и улёгся. На душе было спокойно. Молодость умеет вырабатывать оптимизм. И это было круто. Я закрыл глаза и начал уже погружаться в сон. Поплыл, полетел, начал растворятся, как вдруг, будто кто-то толкнул или окликнул: «Бешеный»!

Я распахнул глаза и прислушался. Вроде было тихо. И вдруг, что-то стукнуло. Бух. Тихо, не сильно, но я услышал. Услышал и подскочил с постели.