Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

"

"— Роза, а ты как с Эдиком познакомилась?

— Тебе-то что?

— Ну, всё-таки?

— Не помню, я уж старая, — скривилась она. — Тут помню, тут не помню. Сам скажи, раз всё знаешь.

— Мне кажется, что он в тебя с самого детства втресканный был.

— Чего?

— Значит, вы, наверное, в школу вместе ходили. Ты с какого года?

— Да пошёл ты, — дёрнула она плечом.

— А значит, вы жили поблизости, да?

Она молча и недобро смотрела.

— А твои родители живы ещё?

— Нет, — качнула она головой.

— А дом их где находится? Не тот с синим забором, где мы тачку бросили?

— Что тебе надо? — дёрнулась она.

Похоже, я попал если и не в яблочко, то близко. А это значит, материалы могли быть там. И про эту возможность Никитос не подумал.

— Роза. Мне нужно то же, что и тебе. Никитос.

— Ничем не могу помочь, ребятки, — вздохнула она. — Мутные вы. Этот молчит. Ты знаешь то, что не должен. Чуешь, чем это пахнет?

— Чую, что ты скажешь, — кивнул я.

— Ну, а раз так, давайте, как говорится, крутите педали, пока не дали, — пожала она плечами и показала пистолетом на калитку.

Ствол был с глушителем. Беретта. Я её у Паши Золото изъял. А Эдик увидел, выпросил.

— Ствол этот Эдуарду Бешеный подогнал, а ты из него по нам палишь. Славика подстрелила. Ведьма прям.

— Да не, пофиг, чутка шаркнула, — махнул рукой Кукуша. — Уже и кровь не идёт. Куртку жалко только.

— Нефиг без спросу на частную собственность посягать, — покачала головой Роза. — Скажи спасибо, что ментов не вызвала.

— Да-да, — кивнул я. — Спасибо. Они бы охерели, если б этот ствол срисовали.

— Нет у меня никакого телефона.

— Тогда мой запиши.

— Диктуй, я так запомню.

Я продиктовал.

— Слушай, Роза. Я буду ждать, когда ты позвонишь. Ясно? Не дёргайся, не психуй, не делай глупости. Просто подумай, можешь ты мне помочь или нет. Оцени сама. Я хочу… Ты знаешь, чего я хочу. А если ты думаешь, что меня Никитос прислал… Если бы он хоть на секунду заподозрил, что у тебя что-то может быть, что бы он сделал. Как думаешь? Если он лично в Бешеного стрелял.

Возвращались мы в молчании. Уже смеркалось, и эти осенние сумерки накладывались на мысли и чувства. Но я был рад. Рад, что увидел Розу, рад, что удары судьбы её не раздавили, рад, что она хочет отомстить. Она этого не сказала, но я понял. Отчётливо понял. И ещё я был рад тому, что, кажется мы встали на верную дорожку. И на сердце стало тепло.