Всё в ажуре

Так понимаю, приличествующей обходительности и должного почтения к высокому статусу нашего нежданного спутника выжать из себя не могла не только я. Лилька даже сочла необходимым чувствительно ткнуть Серёгу в бок, чтобы обратил, так сказать, внимание на некоторую бестактность своих высказываний.

- Отец бы никогда не допустил… Если бы он знал… - вспыхнул на высказанную мысль молодой человек.

- Ну или у главаря на вас какие-то собственные планы имеются – я уже не знаю, что и подумать. – примирительно добавил Сергей, потирая пострадавшие от сестриного тычка рёбра.

- Возьмите, ваша светлость. – Лиля протянула кружку с разведённым «Терафлю» несчастному парню (с этой бородой и общей неухоженностью никак не удавалось достоверно понять, какого он возраста).

Герцог принял ёмкость, поднёс ко рту и тут же отдёрнул нос от шипящей, брызжущей мелкими пузырьками жидкости:

- Что это?

- Да пейте же. Мы не имеем никакого желания вас травить. – сказала я и для большей убедительности добавила, - Хотели бы вашей смерти – просто оставили бы в той уютной пещере.

- Пару минут. – конструктивно оживился напарник, - Пробегусь по закромам главаря – вдруг чего полезного найду. По идее, где-то там должен храниться разбойный общак. Ну или хотя бы личные сбережения Тесака. Если только наши благородные сокамерники уже не утащили их с собой.

Увесистую шкатулку с монетами никто до нас не прибрал к рукам только потому, что она была припрятана в закрытом сундуке, который лидер ОПГ, в свою очередь, надёжно прикрепил к стене мощными гвоздями.

Но для нашего Шерлока, сами понимаете, все эти меры предосторожности оказались задачкой на один зубок. Вскоре ларец уже стоял на телеге, и мы с любопытством разглядывали местные денежные знаки. Кроме них в тайнике, кстати, обнаружилось несколько бумаг, одна из которых очень заинтересовала герцога.

- Это её почерк. – побледнев, прошептал он.

Однако несмотря на то, что начавшие возвращаться нормальные краски снова исчезли с его лица, на полубезумца герцог больше не походил. Напротив, у него как будто «прояснилось».

Мы же поняли, что он нам что-то по-крупному недоговаривает."

"Хотя, почему это недоговаривает? Объективно, никто пострадавшего до сих пор ни о чём подробно не расспрашивал. Всё больше от его пристрастных допросов отбивались.