Всё в ажуре

Мы с ней, недолго думая, решили заселиться в ту же комнату, где ночевали в памятную ночь первого знакомства с бароном.

Ко мне сон не шёл. Знаете, наверное, то самое состояние, когда каждая клетка организма стонет от изнеможения, а мозг всё никак не может отключиться. Мысли – мысли – мысли… Хороводом по кругу неразрешённые вопросы, а хуже всего – муки совести.

Там в темнице сейчас сидел человек, спасший наши жизни, обречённый на смерть. Я понимала, что никогда не смогу простить себя, если не найду способа добиться для Ито милосердия.

Всё здесь решал Крайтон. Однако, герцог пребывал сейчас в таком состоянии, что непонятно, чего от него ожидать. Какова будет его реакция на мою попытку вмешаться в его решение? Тут важно было не получить противоположного результата. Чёрт их разберёт, этих средневековых парней с доисторическим складом сознания.

До сих пор Крайтон казался мне и разумным, и сердечным человеком. Но сейчас… Дай бог ошибаться, только что-то в нём то ли надломилось, то ли наоборот – окаменело.

- Утром потребую беседы с герцогом и добьюсь от него внятного решения. Даже если для этого придётся спорить, ссориться и пошатнуть его расположение к нам. А то окуклился в этом своём панцире и варится в собственном отравленном соку. Всё понятно, ситуация такая, что врагу не пожелаешь. Только это не повод терять человечность. – приняла твёрдое решение, поднимаясь из постели – я собиралась идти к Ито.

Пришло понимание, что так и не смогу успокоиться, пока не пообщаюсь с нашим спасителем лично и не найду для него ободряющих слов утешения."

"Не знаю, спали ли остальные, но в доме было тихо. Взяв с собой плед и нормальную подушку, я ещё завернула на кухню и прихватила с собой тарелку, в которую сложила кое-чего вкусненького из остатков ужина. Ну там курочку, картошки, овощей – нормальной еды.

Темница находилась в подвале гостевого дома, в котором расположились бойцы Адалея Гамбо.

Если бы я сейчас шла не в тюремное помещение, то заподозрила бы, что там внутри кто-то… Поёт? Да бред.

- Доброй ночи. – поздоровалась я, складывая в голове убедительную тираду, чтобы уговорить охранника пропустить меня к узнику.