Все меняется

О физических контактах любого другого рода не могло быть и речи.

Когда мы уедем, думала она, если уедем вообще, все мало-помалу вернется к тому, что было раньше. Это вопрос просто-напросто терпения и любви. Но почему и то, и другое принято считать простым, она совсем не понимала.

Полли и Джералд– Если продадим еще одну картину, тогда сможем."

"– Не можем же мы постоянно продавать картины. – Его недавно набитая трубка догорела, он уныло разглядывал ее.

– А мы и не продаем их постоянно. Мы продали всего шесть – по одной для каждого из детей и три для того, чтобы навести в доме хоть какой-то уют.

Он заворчал, что не желает, чтобы по всему дому болтались посторонние, а она только взглянула на него и рассмеялась, и он рассмеялся вместе с ней.

– Ох, Полл, как ты только меня терпишь? Ну разумеется, не будут они болтаться, и уж во всяком случае, не по всему дому. Но неужели ты правда считаешь, что кто-то захочет праздновать здесь свадьбу?

– Да. Большинству людей приходится арендовать какое-нибудь помещение для этих целей. Я составила примерный план предстоящих работ.

– Уже? Ты все продумала. Дорогая, ты чудо. Как ты ухитрилась?

– Ну, надо же было чем-то заниматься под присмотром няни, которая бдительно следит, чтобы я не забывала бездельничать.

Она лежала на желтом диване, одетая в кафтан – переливчатый, цвета павлиньего пера, скрестив маленькие белые босые ножки. Вечерело, комнату заполнили лиловые тени, отступающие лишь у дальнего конца дивана, где под лампой золотились ее волосы. Он думал, что она выглядит как очаровательное полотно французского живописца.

– Я просто прочитаю тебе, что мне пришло в голову, а ты скажешь, что думаешь об этом.