Все мы грешные

Понт помог ему освободиться от пут, подняться с полу.

– А мы ждали тебя, да не дождались. Вот ты, значит, где время проводишь.

– За фраера меня приняли. Наказать хотели, что я за ней увязался. – Антон кивком указал на Алену.

Она уже оправила юбку и сидела на тахте с низко опущенной головой.

– Так как же они тебя взяли? У тебя же пушка.

– А вот так, неожиданно железякой из-за угла.

– А киска у тебя блеск! За такую бы и я башку подставил.

Понт понимающе улыбнулся и тут же снова взорвался, обращая свой гнев на доморощенных грабителей:

– На кого лапу подняли, падлы!

Он подскочил к Морозу – тот уже оправился от удара и поднимался с полу.

– Молись, урод стеганый!

Его палец шевельнулся на спусковой скобе. Глаза крепыша наполнились диким страхом.

– Постой-ка, Понт, – остановил друга Антон.

Понт послушно убрал «дуру».

– Пусть пока поживет.

Антон подошел к Морозу, ухватил его сильными пальцами за подбородок, задрал лицо кверху.

– Не на того нарвался, гаденыш!

– Я не хотел.

– Так это ты, сучара, взял «Айсберг»?

– Прости...

– Простить?.. Да ты меня почти на пол-«лимона» нагрел...

– Я отдам!

– Отдашь. И жизнь отдашь... Где бабки?

Антон заметил, какими удивленными глазами смотрит на него Алена. Она ведь тоже принимала его за обычного коммерсанта.

Но сейчас не до нее. Он снова влез в шкуру волка, а так быстро ее не снимешь.

– Там! – засуетился Мороз, указывая на соседний отсек. – Там много, забирайте все!

Антон сделал знак, и двое громил Понта удалились в темный проем.

Через несколько минут перед ним на стол рядом с тахтой высыпали содержимое пластикового мешка.

Деньги – «деревянные» и валюта, два пакета с белым порошком – кокаин, наверное, или героин. Золото, камушки.

– Здесь «лимонов» на семь. Забирай все, братан!

Во взгляде Мороза появилась надежда. Но от Хмурого так просто, падла, не откупишься! У него возникло острое желание съездить этому сосунку по хлебалу. Но он пересилил себя.

Повернулся к Алене, подошел, нежно взял за руку:

– Все хорошо, дорогая.

– Кто ты? – спросила она.

В ее глазах и страх, и интерес.

– Иногда мне приходится быть строгим... – уклончиво ответил он.

– Не юли... Ты мафиози? Отвечай!

Ее не проведешь.

– Да, что-то в этом роде... Так уж получилось...

– Пути господни неисповедимы... Ты не убьешь его?

Она не хотела, чтобы он убивал своего и ее обидчика. Добрая душа...

– Не знаю...

– Не убивай, прошу...