Я умер вчера

Чтобы обойти опасное место, мне пришлось сделать изрядный крюк, огибая стоящий передо мной дом. И почему Вика меня не предупредила, что проезд закрыт? Хотя, впрочем, это ничего не изменило бы, все равно надо ее встречать. И все равно машину пришлось бы оставлять перед этой огромной ямой и дальше пробираться на своих двоих."

"Я бодро шагал между домами и вдруг услышал шаги за спиной. Шаги легкие и быстрые, почти бесшумные. Но я все равно услышал. Обернулся. Шаги стихли. Померещилось, что ли? Но как только я тронулся с места, шаги возобновились.

Темп был высоким, человек явно меня догонял. Я отчаянно закрутил головой во все стороны, надеясь увидеть людей, все равно каких, пусть даже источающую опасность компанию пьяных молодчиков, к которым я мог бы прибиться. Но вокруг не было ни души. Черт знает что! По такой грязи и в темноте даже хулиганы гулять не хотят.

Я прибавил шаг, свернул за угол ближайшего дома и вжался в стену. Даже если это не убийца, а случайный прохожий, пусть лучше пройдет мимо.

Но он не прошел. Он тоже остановился и стал ждать, когда я выйду из укрытия. Я стоял неподвижно, как окаменел, и в этот момент вдруг понял, что не хочу умирать. Еще несколько минут назад я относился к своей скорой и неминуемой смерти вполне, как мне казалось, равнодушно, решив раз и навсегда, что если Вика так хочет – так тому и быть. Я не борец, я никогда никому ничего не доказывал, никогда не добивался чего бы то ни было в обход других, не отстаивал свое мнение. И известие о наемном убийце, которому моя жена заказала меня убить, принял с горечью и обидой, но ни на секунду мне и в голову не приходила мысль попытаться изменить ход событий. От наемника все равно не убежишь, он хитрее, сильнее и опытнее. Так было несколько минут назад… А сейчас я стоял, стараясь не дышать, и думал только о том, что не хочу умирать. Не хочу, не хочу! Мне страшно. Я хочу жить. Все равно как, все равно где и с кем, пусть в нищете и болезнях, но жить!

Я почувствовал его приближение.

Не услышал, а именно почувствовал. Он двигался очень осторожно, по миллиметру сокращая расстояние между нами, не производя ни единого шороха, будто шел не по грязной весенней земле, а по воздуху. Но я все равно почувствовал. И точно знал, что убийца находится в полуметре от меня. Именно полметра было от того места, где я стоял, до угла дома, и именно эти полметра нас и разделяли. Мне казалось, что я даже вижу край его одежды.

И я сорвался.