Я умер вчера

И на всех этих бизнесменов и предпринимателей у него была куча компромата. Они его боялись, поэтому платили и молчали. А теперь его нет в живых. И они хотят получить свои денежки обратно. Или стереть тебя с лица земли, сломать твою карьеру и жизнь. Саша, я подозреваю, что статья заказная, это начало акции против тебя. Вспомни, что там написано: передача умерла, я больше никогда не включу телевизор в привычное время, ведущий истощил все запасы интеллекта, ни один уважающий себя деятель не сочтет возможным участвовать в этом шабаше, а если кто и примет участие, то это человек, не достойный ни внимания, ни уважения, потому что все кругом куплено.

И это только начало. Завтра появится еще какая-нибудь публикация, еще более резкая, послезавтра – еще одна. Я знаю этот механизм, каждая следующая статья будет все более грубой и безжалостной, потому что расчет идет на психологию толпы. Первый удар может быть совсем легким, даже незаметным, но если человек его пропускает и молча отступает, не давая сдачи, то обязательно следует еще один удар, потом еще и еще, и в избиение включаются все присутствующие, потому что действует мощный стадный инстинкт «на добивание». Уже никто не помнит, чем провинился человек и велика ли его вина, все думают только о сладости нанесения ударов и наслаждаются видом чужой боли и унижения. Возьми годовые подшивки газет и проследи развитие любого скандала, ты сам поймешь, как это происходит. Ты прав, Томилина тут действительно ни при чем. Но тебе должно быть стыдно, что из-за этой истории пострадал ни в чем не повинный человек.

– Мне не стыдно, – холодно сказал я, – мы, по-моему, этот вопрос уже прояснили. Чего ты добиваешься? Чтобы я позвонил Томилиной и извинился? У меня нет ее телефона.

– Как же ты с ней связывался?

– Через Дороганя. Он мне ее сосватал, он же и привез в студию. Чего еще ты от меня хочешь?

– Я хочу, чтобы ты не пропускал удар, пока не стало поздно. Делай же что-нибудь, Саша, я тебя умоляю!

Ее глаза налились слезами, губы задрожали.

– Я не хочу, чтобы тебя сломали и испортили тебе жизнь. Положа руку на сердце ты это заслужил, но я люблю тебя и не хочу, чтобы разразился скандал, который тебя угробит как тележурналиста. Ты вел нечестную игру, грязную, отвратительную, но ты талантливый человек, ты талантливый журналист, и будет несправедливо, если все это погибнет."

"Я с трудом сдерживался, чтобы не сказать ей все, что думаю по этому поводу.