Я умер вчера

Ламинатом выложена та часть пола, по которой все время ходят из прихожей в кухню, а ковролин лежит там, где стоит мягкая мебель. «Господи, я же на этом диване в прошлый раз просидела как минимум час, вход в кухню и пол были прямо у меня перед глазами, а я умудрилась не увидеть. Ну, Каменская, ты даешь!» – подумала она.

– Ты чего, Настюша? – удивленно спросила Татьяна. – Оглядываешься, как будто в первый раз пришла.

– Ты будешь очень смеяться, но у меня именно такое ощущение, – призналась Настя. – Словно впервые все это вижу.

Не обращай внимания, я в последнее время была ужасно рассеянной, много чего не замечала. А где твоя ангел-хранительница?

– На свидание побежала, – усмехнулась Татьяна. – Какой-то новый знакомый у нее появился. Ну и слава богу, не дело это, когда молодая красивая женщина целыми днями занимается моим домашним хозяйством. Я буду только рада, если у Ирочки образуется какой-нибудь роман.

– Ну вот, – расстроилась Настя, – а как же мой протеже? Такой хороший парень наш Миша Доценко, а ты его отвергла не глядя.

Любимых родственниц надо отдавать в хорошие руки, а не абы кому.

Татьяна улыбнулась и весело махнула рукой.

– Да перестань ты, она взрослая уже, сама разберется. Ты голодная?

– Голодная. Но напрягаться из-за этого не стоит. Я могу схватить что-нибудь на ходу, бутерброд, например.

– Ну, зачем такие жертвы, – усмехнулась Татьяна, – в холодильнике полный набор для ужина из трех блюд."

"Прислушавшись к себе, Настя обнаружила, что к ней вернулся аппетит, во всяком случае, о еде она думает с нежностью, а не с отвращением, которое испытывала на протяжении последних месяцев.

«Ну точно, я моральный урод, – с горечью подумала она. – Вчера на моих глазах убили Димку Захарова, а я о еде думаю. Но с другой стороны, пока этого не случилось, я вообще ни о чем думать не могла, кроме собственных переживаний. Жевала, жевала одну и ту же сопливую жвачку, выстроила мировую трагедию на песке и смотрела эту пьесу целыми днями с утра до ночи. А вчерашняя настоящая трагедия меня будто встряхнула. Я даже благодарна Лешке за то, что он, мягко выражаясь, послал меня. Я это вполне заслужила, так что и не обидно. Ничего, я исправлюсь. Я все поняла. И словно ожила. И голова вроде лучше заработала. А аппетит – что ж, нормальная реакция нормального организма на голод, не более того. Не будем этого стыдиться».

– Настюша, я хотела поговорить с тобой об Уланове. Ты передачу в пятницу видела?

– Конечно, ты же предупредила меня.