Все двадцать семь часов!

Меня интересуют только люди, с их горестями и радостями. И, несмотря на то что я каждый день хожу по одним и тем же улицам, им удается снова и снова меня удивлять. В моем возрасте и положении интересна только человеческая жизнь.

Дальше нам продолжить столь интересную тему не дали, так как слуга объявил о приходе Лагфорта.

— Я же говорил, что ваш шеф к нам присоединится, — успел сказать промышленник, прежде чем в комнату быстрым шагом вошел Макс.

Внешне он был совершенно спокоен, но тем не менее глаза его светились сильнее обычного.

После формального приветствия Лагфорт опустился в предложенное ему кресло.

— Не злись. Я не причинил мисс Нурир никакого вреда, — сказал хозяин.

Закинув ногу на ногу, Лагфорт прищурился и ответил:"

"— Мы же все договаривались, что не трогаем приближенных и родственников. Или договоренность меняется?

— А я и не трогал.

— Мне тоже можно придерживаться более свободной трактовки нашего договора, как это делаешь ты? Не только у меня есть человек, от приглашения которого нельзя отказаться.

Шаршан после этих слов моего шефа напрягся.

— Как всегда, чересчур жесткий и непримиримый. Хотя, может, так и надо… — пробормотал пожилой промышленник. — Договор, когда-то заключенный баронами, я не нарушил и пригласил тебя отчасти оттого, что хотел бы узнать причину столь пристального внимания к своей персоне.

— А с чего ты решил, что нашей целью был именно ты? — усмехнувшись, спросил Лагфорт.

— Я тебя умаляю! Твоя помощница три недели ходила за мной по пятам.

Макс промолчал.

— Мне, конечно, льстит подобное внимание красивой женщины. Особенно в моем возрасте. Но все же хотелось бы получить пояснения. Тем более я поймал твою помощницу на незаконном проникновении.

— Что, так хочется меня пошантажировать этим? — напряженно посмотрев на конкурента, спросил Лагфорт.

— Так хочется вытеснить меня с финансовой арены? — встретив его взгляд, поинтересовался в ответ Шаршан.

В разговор этих двух финансовых воротил я не вмешивалась, и несколько секунд спустя шеф чуть откинулся в кресле, несколько сняв тем самым царившее напряжение, но глаза от конкурента не отвел, внимательно за ним наблюдая.

— Дело не в финансовом противостоянии. Я следил за тобой по другому поводу.

Шаршан приподнял бровь в немом вопросе.

— Я подозреваю тебя в том, что ты убиваешь моих бывших любовниц.

В этот момент я увидела, как у пожилого барона отвисла челюсть и удивленно округлились глаза.