Все двадцать семь часов!

Думаю, тебе нужно написать маме и попросить притвориться больной. Конечно, в этом случае тебе придется отправиться к ней. А еще лучше, навестив ее, ты будешь искать какие-нибудь редкие травы для успокоения ее нервов по всей стране.

— Нет, не пойдет. Не хватало еще вмешивать сюда мою родительницу. Она сразу сделает мою жизнь невыносимой.

— Макс, с одной стороны, ты как никто другой можешь найти к женщине подход. Но с другой стороны, некоторые грани нашей натуры все равно остаются для тебя скрытыми. Ты думаешь, твоя мама еще не знает о том, что здесь происходит?

— Еще нет.

— И именно поэтому все самое интересное в первую очередь обсуждается в самой глуши. Поверь, она уже знает и пакует вещи, чтобы тебя навестить.

Лагфорт застонал в голос после моих слов.

— Не приведи господь тебе оказаться правой.

— Я бы поставила свою зарплату на этот вариант.

Слегка на меня покосившись, промышленник спросил:

— И что ты предлагаешь мне сделать?

— Написать письмо о том, что ее сынуля сейчас подвергается атаке конкурентов и что тебе нужна ее помощь, чтобы справиться с этим.

— И она клюнет?

— Думаю, да. Ненадолго, конечно, но мне кажется, этого времени нам должно хватить, чтобы поймать маньяка. Просто, если все то, что ты рассказываешь о ней, правда…

— Правда!

— И если она действительно такая деятельная натура, то скоро будет здесь.

Макс вздрогнул.

Эх, за столько лет мне уже хочется увидеть его маму. Наверняка очень незаурядная женщина.

— Хорошо, я сегодня же напишу письмо и сегодня же отправлю с гонцом. Но что дальше?

— А дальше мы придумаем причину для покупки мне новых вещей.

ГЛАВА 11

Так как я была уверена, что маньяк за нами присматривает, нужно было найти возможность одеть Макса, чем мы и занялись в тот же вечер.

Сперва, как пара любовников, спорили из-за его отъезда в связи с болезнью мамы, и, когда я полностью убедилась, что мы были услышаны, настала очередь второй части комедии.

В конце ужина Макс как бы случайно опрокинул на меня десерт: чашка горячего шоколада оказалась на лифе моего платья, и я с шипением вскочила из-за стола.

— Макс!

— Извини, я нечаянно, — пробормотал шеф без особой убедительности.

Взяв со стола чашку с кофе, я вылила ее на голову промышленника, и все это при свидетелях. И видит бог, сколько удовольствия мне доставило это действие.