Время для наград

Но, вполне вероятно, я и ошибаюсь!

— По крайней мере, это очень стоящая версия, а других все равно пока нет, я уже что только не придумывал, и ребята копают день и ночь!

— Ладно, ты работай, а я пошла! — Ната поднялась с кровати и стала поправлять одежду.

— Куда это ты пошла? — спросил Антон.

— У меня встреча с друзьями детства.

— И когда ты собираешься домой возвращаться? — тоном строгого мужа спросил он.

— Куда домой? — не поняла Наталья.

— Сюда!

— Ринков, это не дом, а гостиничный номер!

Он подошел к ней, обнял и нежно сказал:

— Дом — это где мы вдвоем, даже если это гостиничный номер!

Ната положила свою ладошку ему на щеку, заглянула в глаза и сказала:

— Я стараюсь справиться со всеми своими страхами, честно!

— Я тебе помогу, девочка! Ты только не убегай! — нежно ответил Антон.

— Не убегу! Это я тебе, совершенно точно, обещаю!

— Вот и хорошо! А все остальное мы преодолеем! — Он поцеловал ее короткими нежными поцелуями. — Ну иди на свою встречу, я тебе позвоню и заберу тебя.

Поцеловав его еще раз на прощание, Ната ушла.

Хаким чувствовал опасность!

Всей кожей, всем нутром, на уровне инстинктов — он чувствовал преследование. Как? Кто?

Никто не мог выйти на его план — все было продумано до мелочей!"

"Он разделся и лег на пол, на теплый ворсистый ковер. Расслабил все мышцы, начиная с пальцев на ногах и заканчивая кожей на голове.

Он стал прокручивать, как кино, перед мысленным взором все события, людей, разговоры, кадр за кадром, с того момента, как сел в поезд.

Агентов всех спецслужб, которые вели наблюдение за ним и его людьми, он знал в лицо и разве что не здоровался с ними. Эти лица были постоянными, мелькающими.

Он еще и еще раз вспоминал всех людей, виденных в поезде, и всех, с кем пересекался за время пребывания в Крыму, вплоть до шоферов, официанток, продавцов; людей, проживающих в гостинице, где он остановился; всех, кто мелькал за эти дни. Он пытался вспомнить, не встречались ли они дважды, где и при каких обстоятельствах.

Нет, здесь не было ничего, что бы его насторожило.

Тогда он пустил «раскадровку» событий час за часом, полагаясь на свои ощущения, зная точно, что любая, даже самая незначительная деталь, вызывающая подозрение, мгновенно даст легкое болевое чувство.

Нет, здесь тоже ничего.

Он шаг за шагом прокрутил весь план, пытаясь найти слабое место.

Нет! План был гениальный, просчитанный с точностью ювелира.